Генерал Асфандияр Гатауллин, сардар Уфимского вилайета, не был агентом Арлекина. Он просто давно сотрудничал с «Рианнон Биосервис», как и все наземнические правители, продавал им геномы своих подданных. Роль Арлекина была чисто посреднической. Но, по своему обыкновению, он постарался завести с сардаром хорошие личные отношения, и теперь только на них и оставалась надежда. Первые признаки были хорошие. Арлекина сразу же провели в резиденцию, и когда адъютант подвёл его к раззолочённым дверям генеральского кабинета, Гатауллин вышел навстречу — что было знаком большого уважения.
— Ассалям агалейкум, капитан! — с необыкновенно искренней радостью произнёс толстый пожилой генерал в расшитом позументами мундире, весь в орденах, в тюрбане с огромным изумрудом на лбу, и с неряшливо клочковатой бородой. Почтительно, с лёгким полупоклоном, он подал обе руки, и мужчины обменялись рукопожатием.
— Агалейкум ассалям, ваше превосходительство.
— Прошу, капитан. — Гатауллин широким жестом указал на дверь кабинета.
Окна просторной комнаты открывались во внутренний двор с фонтанами и цветущим розарием. Стены были увешаны картинами. В верхнем ряду висели портреты всех эмиров Иделистана, от Эльдара Великого до ныне царствующего Ахмада Второго, в нижнем — портреты славных предков самого сардара. Последних было много больше. Древний воинский род Гатауллиных служил родине за много веков до Удара, ещё во времена Советской Федерации и Российского Союза, или как там назывались эти великие полулегендарные империи. Следуя приглашающему жесту хозяина, Арлекин опустился на диван.
Обменявшись парой ничего не значащих протокольно-дружественных фраз, собеседники перешли к делу.
— Не объясните ли вы мне эту историю с чёрным цветком, капитан? — начал сардар.
Арлекин постарался не показать удивления. Мелантему уже настолько рассекретили? Быстро же они.
— А что у вас за история с ним? — спросил он и, чтобы поддержать доверительный тон, добавил: — Я просто не уверен, что могу разглашать всё что знаю.
— Сегодня, за пару часов до вас, прилетели два чёрных рингера, покружили, выжгли своими микроволнами полгектара земли вон там, за рекой… — Сардар махнул рукой куда-то в стену. — Стадо овец и чабана, между прочим, заживо сожгли, — добавил он неодобрительно. — Потом явились сюда и дали вот такую фотографию. — Гатауллин протянул фотографию растения, довольно похожего на знакомый Арлекину цветок. — Сказали, что это какая-то аквилианская зараза. Попросили размножить фото, везде развесить, и если кто увидит что-то похожее, сообщать.
— Я знаю не больше вашего. — Арлекин отмахнулся от назойливой мухи. — Да, есть такое растение, очень опасное, жалит и чем-то заражает людей… Но мой визит с этим не связан. Мне для оперативной надобности нужен бункер, ваше превосходительство. Бункер в рабочем состоянии, пригодный для жизни, где я мог бы устроиться в одиночку.
Сардар ненадолго задумался.
— В Уфе ничего подходящего нет, — сказал он. — Все бункеры либо используются нами под военные нужды, либо засыпаны. Но дальше на восток, в горах… — Он подумал ещё. — Ямантау. Слышали о таком? Возможно, это то что вам нужно.
— Да, слышал. — Мерзкая муха изловчилась и больно укусила Арлекина в шею. Он прихлопнул ее и с отвращением отряхнул ладонь. — Ямантау… Это ведь что-то очень древнее?
— Да, огромный подземный комплекс ещё XX века. Полностью автономная система жизнеобеспечения. И там до сих пор кто-то живёт.
— Вот как? — Это Арлекину не понравилось. — Кто же?
Гатауллин развёл руками.
— Никто не знает. До Удара это был секретный объект. Те, кто в нём жил, так в нём и остались, и уже двести лет ни с кем не общаются. Разве что с вами, космиками?
Арлекин покачал головой.
— Нет. Я бы знал. Это очень интересно, ваше превосходительство, продолжайте. Откуда вообще известно, что они живы? Разве СЖО бункеров рассчитаны на такой срок?
— В Ямантау — рассчитаны. Там кто-то есть, мы это знаем точно. Воздушная разведка наблюдает выход тёплого воздуха. Хотя странно — я всегда считал, что уж вы-то, космики, должны о них знать. А они, оказывается, вообще сами по себе…
— Благодарю за информацию, ваше превосходительство — Арлекин встал. — Вы покажете мне местоположение? Ах, да, — вспомнил он. — Вы позволите моей лётчице заправить рингер? Я оплачу наличными.
Арлекин потянулся к сумке, и тут его забила крупная дрожь.
Она началась с руки, мгновенно охватила всё тело, и он почувствовал, что не контролирует себя, что не в состоянии напрячь ни один мускул…
— Господин капитан, с вами всё в порядке? — Сардар с озабоченным лицом встал.
«Нет», хотел сказать Арлекин, но мышцы гортани тоже отказали. Он всё сильнее дрожал всем телом…
Мелантема, ну конечно. Как у мышей. Как у Игоря. Как у Саида. Теперь это началось и у него.
Волна сильнейшей дрожи пробежала по ногам, мышцы ног непроизвольно расслабились, колени подогнулись. В полном, ясном сознании парализованный Арлекин повалился на пол и не ощутил удара.