Кит прошел по палубе к баркасу, который доставит его на «Ворон». На душе у него было неспокойно. Кто-то специально портит товары Кэвендишей, и вовсе не этот глупый капитан. В этом Кит уверен.
Проверка припасов на «Вороне» вдруг показалась ему пустяком, и он поручил ее помощнику. А сам отправился искать Курта Филипса.
– Ну что, сегодня пойдем в налет? – Курт осторожно скрестил ноги, ибо не привык носить шелковые чулки. Ему очень нравилось в Лалуортском замке, а еще больше нравилось воображать, что теперь он будет здесь жить. Впрочем, может, теперь так и будет, ибо Кит стал графом.
Сидящий напротив него в красном бархатном кресле Кит смотрел в окно. Хорошо хоть он сегодня не в черном, подумал Курт, разглядывая темно-серое одеяние друга. Ни рюшей, ни манжет, как полагается графу, который часто бывает при королевском дворе. Никаких роскошных одежд, хотя он и без того всегда великолепен, отметил Курт с некоторой завистью.
– Может быть, позже, – наконец ответил Кит, подходя к окну. – Но сначала у меня к тебе поручение, которое надо выполнить сегодня.
– С удовольствием. – заверил его Курт.
– Я попрошу тебя сходить к торговцу Генри Кэвендишу. Во-первых, я хочу купить у него несколько корзин кружева. У него есть очень хорошее кружево из Фландрии, но в дороге его немного испортили. Оно хранится на складе в Пуле. Купи все. – Он протянул Курту несколько крупных золотых монет. – Расплатись и скажи, что придешь еще.
Курт только присвистнул:
– Что же ты собираешься делать с таким количеством кружева?
Кит нетерпеливо отмахнулся:
– Это очень дешево для такого кружева, и я не верю, что оно все испорчено. Я хочу, чтобы ты непременно купил это кружево у господина Кэвендиша. И еще – он ищет корабль для перевозки товаров в Голландию. Предложи ему «Ворон». Не говори ему, что «Ворон» принадлежит мне. И вообще – обо мне ни слова. Просто предложи купцу свои услуги как капитан корабля.
– Конечно, – согласился Курт, – а что за товар?
– Шерсть. На обратном пути могут быть какие-нибудь еще мелочи, может, кружево. Скажи, что у тебя большой опыт и много пушек.
– Пушек? – Курт выпрямился и поднял брови. – Может быть, мне предложить ему «Смельчака»? На «Вороне» всего шесть пушек.
– «Смельчак» дороговат для него, если я попрошу настоящую цену, – возразил Кит. – Иначе Кэвендиш заподозрит, что здесь что-то не то. «Ворон» подойдет ему. Теперь осталось самое трудное.
– Что?
– Ты должен убедить его не плыть в Антверпен. Предложи ему Харлем или Эдам. Или любой другой город, поддерживающий принца Оранского.
– Если он хочет плыть в Антверпен, – растерянно сказал Курт, – как я могу переубедить его? Что я скажу?
– Скажи ему, что в Эдаме более высокие цены, а то, что он хочет купить в Голландии, наоборот, дешевле. Объясняй как хочешь, но надо удержать его от торговли в Антверпене. Иначе – ты же знаешь – придется помешать ему. Теперь, когда Морские Бродяги доверяют мне, я обязан остановить его.
Курт понимающе кивнул, уверенный в успехе своей миссии.
Через час он уже входил в лавку Кэвендишей, разглядывая аккуратно сложенные полотна и с удовольствием вдыхая аромат, исходящий от товаров высокого качества. «Да, они процветают, – подумал он, заметив безупречно чистый пол, белоснежный потолок без паутины. – Хотел бы я работать на владельца такой лавки». Расправив камзол и почтительно сняв шляпу, Курт обратился приказчику:
– Я желал бы поговорить с господином Кэвендишем. Насколько мне известно, он ищет корабль для перевозки товаров. Я хотел бы предложить ему свой корабль.
Приказчик учтиво спросил его имя и послал ученика за хозяином:
– Он узнает, свободен ли хозяин, и если нет то узнает, когда господин Кэвендиш сможет вас принять.
Курт поблагодарил и стал от нечего делать наблюдать за тем, как второй ученик продает ленты деревенской девушке, предлагая ей то голубую, то желтую, то зеленую…
– Добрый день, капитан Филипс!
Курт изумленно обернулся, услышав нежный голосок. Перед ним стояла девушка, прекрасней которой он никогда не видел. Идеальный овал лица, глубокие карие глаза цвета мокрых осенних листьев и во всем облике такое чудное спокойствие и благородство. Тоненькая, стройная, в строгой юбке и блузке, простота которых только подчеркивала ее красоту. Курт скомкал шляпу в руке и начал потеть.
– Простите, сэр, – мягко сказала она, заметив его смущение, – за то, что я вышла к вам вместо отца. Доктор велел ему отдыхать после обеда. Я госпожа Кэвендиш. Вы можете изложить мне свое дело.
– Я знаю, – забормотал Курт, изо всех сил пытаясь не терять головы, – что вы… что у вашего отца есть кружево на продажу. Из Фландрии. Я хочу купить его.
Лицо девушки стало грустным.
– Простите, сэр, у нас очень мало кружева, и оно из Франции, а не из Фландрии. Пожалуйста, пойдемте со мной, и я покажу вам.
Курт смутился, но отступать и не думал:
– Не хочу спорить с вами, госпожа Кэвендиш, но я слышал, что у вас на складе в Пуле есть фламандское кружево. И я слышал, что вы продаете его недорого.
– И вы хотите его купить? Вы знаете, оно все испорчено.
