– Позвольте приступить, командир?
– Не позволю. Сначала дело, развлечения потом. Запереть её и служанку в камеры в подземелье, потом оприходовать груз, а вечером, как наступит время отдыха, будешь развлекаться.
– Есть, командир. А со второй что делать?
– На кухню. Пусть посуду моет. А к еде её и близко не подпускать.
Кивок. Короткая команда. Девиц – одну утаскивают волоком, вторую уносят. Начинаем потрошить возы. Уцелело человек пять возниц, успевших воовремя прикинуться ветошью и не отсвечивать. От них узнаём, что это – плановая поставка продовольствия. Вино, масло, мука, сушёное мясо, копчёности. Ещё – дрова. Как нельзя вовремя. Но вот то, что следующий обоз должен прибыть через неделю, меня огорчает. Впрочем, этого вот, пропавшего каравана тоже хватятся, и пошлют проверить, что за ерунда. Значит, спокойного сидения в крепости нам осталось дня три, может, четыре, если тушурцы неразворотливы. А вот и узнаем.
– Сделано, как приказано, командир.
– Отлично. Всё имущество на склад.
– А пленников куда?
– На заготовку дров. И своих отряди половину. Их нам много понадобится…
Парень сопит, явно хочется задать пару вопросов, а поскольку настроение у меня выше среднего сейчас, настроен я вполне добродушно:
– Давай, только быстро.
– Насчёт барона…
– Будешь. Крепость отобьём – дам тебе титул. Это не шутка.
– А по поводу…
– А чего тут? Просто так отпускать её к папочке, как то… Сам понимаешь. Ну а почему бы не предоставить удовольствие своему подчинённому? Так что делай дела, что приказаны, а вечером можешь наслаждаться.
– Ну допустим. Потом что с ней что делать?
– Хм… Действительно… Дома у тебя ведь нет? И семьи тоже…
– И убивать после такого рука не поднимется. Тоже верно. Деваться некуда. Придётся тебе замок давать.
– За-замок?!
– Замок. Вот возьмём пару-тройку – выберешь себе по нраву. А девчонка пока… Не возражаешь, если она пока в Парда побудет, под присмотром? Глядишь, ты к тому времени успокоишься, поостынешь, а может, и кого лучше найдёшь. Ладно. Дела стоят, а у нас три, в лучшем случае, четыре дня осталось.
– А потом?
– Потом тушурцы подойдут. А возможно, и мятежники.
У парня снова суровое лицо. Пряники кончились. Наступает реальность. Злая и беспощадная.
– Верно, командир. Ведь предав страну, они стали мятежниками. Против народа, против земли нашей, городов и сёл! Эх, был бы у нас король! Настоящий! Как ты, командир!
И тут до него доходит, кто может дать титул барона. Ни граф, ни герцог, ни маркиз. Лишь Совет Властителей, или… Действительно король! Марг смотрит на меня расширившимися глазами, потом вдруг выдыхает:
– За короля и Отчизну!
– Вольно. Вперёд.
Киваю на сгрудившихся в кучку погонщиков, охраняемых парой ребят. А топлива нам действительно нужно много. Снарядов у нас мизер. И бить из орудий придётся мне, да, пожалуй, нашему отрядному снайперу, Онике. Всего то сорок штук. Патронов гораздо больше, но и их нужно экономить. А потому, надёжным дедовским способом – кипящая смола, расплавленный свинец, да крутой кипяток. Ну, естественно, камни, стрелы, и, как самый последний аргумент – мечи и копья… Эх, где там наши? Им то тяжелее придётся. Пусть пока феодалы и спят, но у каждого есть дружина, в смысле – личная гвардия, и если что, кликнуть сервов с дубинами могут быстро. Другое дело, что моим парням всё это будет на один зубок, но вот время потеряют, а возможно, и обоз. И опять же – боеприпасы потратят, а они в Ридо на вес золота…
…Утром встречаю Марга, довольного, словно кота, объевшегося мышей с валерьянкой. На щеке здоровенные царапины, в глазах этакая очумелость и отстранённость. Ничего не спрашиваю. Настоящие мужчины обычно о таком не треплются. Но, похоже, пареньку понравилось…
Работа в его руках кипит. Растут горы дров, все при деле. Даже служанка, которой сохранили жизнь, сидит у дверей кухни, заплаканная, правда, и драит большой котёл с песочком.
– Чего ревёшь?
– Доса Ума…
– Жива твоя доса.
– Не хнычь. Тебе больше, чем ей повезло. Не тронули?
– Не-а…
Хмыкаю. Видать, не поднялась рука, точнее, то, что в штанах у пацанов. А может, пожалели. Их дело. Я, лично, слова не скажу…
– А можно её увидеть?
– У Марга спрашивай. Она – его собственность.
Снова хлюпает носом. Потом с ожесточением начинает тереть железную стенку котла дальше.
Враги появляются на третий день к вечеру. Довольно много. Около полусотни. Меня зовут на стены, сотник хмурится:
