Случайно буквально налетел на вывернувшую из-за угла начальницу погонщиков нгутов. Сиано отпрянула и наградила весьма неоднозначным горячим взором. Не сумела ещё разобраться в собственном отношении к слухам о наличии у Создателя Убежища юной зеленоглазой любовницы. Но, даже несмотря на явную защиту представительницы люто ею ненавидимого народа, всё-таки очевидно переживает за его здоровье. Из-за неожиданного движения наездницы в обратном направлении на неё чуть не натолкнулась полненькая девочка из только прибывших, неумело кутавшаяся в накидку намного больше её роста длиной. Малютка споткнулась, едва не упала, с ужасом кинулась в сторону, жалобно пролепетала мольбу простить её и рванула наутёк. Рангма проводила фермерскую полным негодования вниманием, гордо вздёрнула нос и пошагала совсем не туда, куда следовала прежде. В свете факела её облегающее кожаное облачение весьма эффектно подчёркивает великолепные формы, но мужчина задумался об ином. Верховые насекомые вполне сгодятся. Согреться следует всем, а сперва и сено подойдёт. Проверено некогда самолично. Нахмурился: сил задумываться о взаимоотношениях с посторонней ему личностью элементарно не хватает, а ведь поведение гордячки не назовёшь никак рядовым. Пришлось отложить на потом. Голова кружится и отнюдь не только фигурально.
Срочно организовал собрание, воспользовавшись старожилами. Культурное различие не позволяет откладывать очевидные уже теперь вопросы до завтра. Жильцы подземелья сбились по группам согласно их происхождения: пёстрые жители долины, среди которых особенно уверенно и спокойно выглядят ветераны Шамула, ободранные и забитые новички. Притом последние держатся так, словно вот-вот огласят список очередного отбора на убой. Испуг сделал их внимательными и тихими в попытке казаться наименее выделяющимися. Однако от того привлекают интерес лишь больше. Объявление о том, что беспомощные фермерские отныне равноправные члены Сопротивления, встретили весьма ровно, просьба к крестьянам скинуться старыми вещами для их нищих соседей тоже оказалась вполне приемлема. Плохо одетая молодёжь восторженно завизжала, а вольнорождённые начали шумно обсуждать, кто и что пожертвует. Тану и остальных сборщиц пришлось снарядить заняться стряпнёй, но такой подход служит лишь временно. Невольников в районе полу тысячи. И, по большей части, буквально детей. Первоочередная проблема пропитания возросла, став особенно острой. Да ещё и с юности на собственной шкуре отведанное пренебрежение к двуногому домашнему скоту надо учесть… Взаимопонимания между различно воспитанными категориями жителей Убежища следует добиваться с особенной тщательностью и старанием. Иначе вскоре произойдёт радикальное расслоение общества, и большая часть вполне годных для нормальной жизни людей окажется навеки погребена под давлением опытных и умелых диких. А уважения к неумелым и пугливым соплеменникам можно достигнуть лишь тогда, когда очевидна станет польза от их наличия. Всей этой неорганизованной толпе следует научиться соблюдать ещё общепринятые устои, готовить себе еду из выделяемых продуктов. А эти люди сами растились на роль пропитания… Рангму с подчинёнными наездниками отправил в сопровождении нескольких воинов к Шоукмунскому хребту накосить траву, используемую вместо постелей. Пока спать вполне можно и без покрывал. Быт устраивается тяжко. Но устраивается. Хорошо ещё, воды здесь вполне хватает и для питья, и на санитарные нужды. Старейшина Тиасуд предложил самым старым селянам организовать некое подобие школы, где рассказывали бы об обустройстве жизни вне шипованных стен. Осилзский согласился, но сразу же добавил необходимость учить не только обычаям, но и кулинарии. Самые примитивные рецепты по использованию получаемого провианта вполне способны весьма скоро облегчить труд остальным. Тем более, после некоторого периода адаптации общественные кормления прекратятся. Никто не должен здесь существовать за счёт другого. Каждому можно найти применение.
Охватывает иллюзия, будто всё происходит где-то в стороне, не с ним. Кто-то говорит, придумывает, требует… Не Ланакэн… Старик, слушал его доводы крайне внимательно, покрутил головой и нахмурился:
— Думаешь, всех быстро удастся научить уму-разуму?
— Честно? У них в голове слишком пусто. И возраст ещё вполне годный для обучения. Только учить их надо, учитывая прошлое, — убеждённая формулировка некогда привеченного в Тову беглеца звучит весомо. Как-никак, а сам прошёл аналогичный путь. Правда… Не все породы, выводимые селекционным путём долгими веками, одинаково способны. Кто-то сильнее, кто-то умнее, кто-то выносливее и привлекательнее… Тиасуд обещал поговорить с подходящими на роль наставников кандидатурами. А затем безапелляционно приказал:
— Теперь иди и отдохни. Куда тебе такому командовать. Взгляд дурной, ладонь в кровь растерзал. Одурманен чем-то? Выспись поначалу, мальчик! Итак хорошо постарался… Шагай-шагай!
