Как оказалось, девушки пришли в трактир потому как услышали, что во тьме ночного города происходит какое то не здоровое шевеление, справедливо озаботившись, что я в состоянии легкого помешательства от потери могу натворить что то непоправимое, приписали сиё шевеление заслугам моей скромной персоны, надо сказать, что вполне справедливо приписали. Протолкавшись среди толпы людей, набившихся в средневековое кафе как селедки в бочку, они обнаружили меня, стоящего на помосте для менестрелей. Рядом был молодой как оказалось сын местного купца, а рядом с ним переминался с ноги на ногу смертельно бледный судья, босоногий и в одном лишь шелковом ночном платье.
- Дорогие мои подданные! Други! – поднял вверх руки пошатывающийся из стороны в сторону я; – доколе???- ответом мне был гомон толпы, пытающейся понять, что сие слово значит.
- Я спрашиваю - Доколе мы будем терпеть беспредел аппарата местной судебной системы? Бур-жу-азия обнаглела! Федеральный судья взяточник! А приставов так и вовсе нет, – судя по лицам людей и их молчанию, они ни фига не понимали, что я несу, хотя я бы сильно удивился, если бы они поняли; – но я, как ваш новый президент. Как глава гос аппарата власти, просто обязан вмешаться! Ко мне на нашем внеочередном заседании с моим другом Грумом, обратился мой гражданин Николай!
- Я - Ник Ля, ваша милость, – перебил меня смурной бородатый мужик, стоящий ближе всех к помосту и неуверенно мнущий тканевую шапку в руках.
- Ну да. Николай Ля, обратился ко мне с челобитной, – вновь повысил я голос, вещая народу; – некий сын, что характерно не сучий, а частного предпринимателя, изнасиловал его супругу и избил от чего та, получив тяжкий вред здоровью скончалась через неделю. Судья, рассмотрев материалы уголовного дела, вынес приговор, этого насильника и убивца оправдать! – тут я заметил Риту и Римму и улыбнулся, активно замотав верхними конечностями; – девчата! Поднимайтесь ко мне сюда, – девушки уверенной походкой от бедра встали возле моей пьяной тушки; – как ты, Рита, поступишь с этим мерзким насильником? – обратился я к ней, на что девушка лишь пожала плечами и, достав из рукава стилет, быстро подошла к еще не понявшему, что творится парню и перерезала ему глотку.
- Ну что ж, ради..ик..радикально, – задумчиво потыкал сапогом по телу уже мертвого сына я, обратился к судье – Ваша Честь. Вот вам и еще одно дело. Было ли совершенно Ритой убийство или хрен с ним?