Драконы: их почти истребили, но теперь они готовы вернуться и завоевать мир.Орден Святого Георгия: легендарные воины, которые не остановятся ни перед чем, чтобы стереть драконов с лица земли.Смертельные враги, что много веков ведут жестокую битву за человечество, встретятся вновь…Эмбер – дракон, беспощадный, стремительный и прекрасный.У нее есть три месяца, чтобы научиться скрывать свою истинную природу и стать смертоносным оружием в руках секретной организации «Коготь».Гаррет – солдат древнего Ордена Святого Георгия, истребляющий драконов. У него есть несколько дней, чтобы найти и убить огнедышащее чудовище, которое обернулось прекрасной девушкой.Каждый из них должен исполнить свой долг вопреки тому, что говорит сердце. Сможет ли запретная любовь положить конец древней вражде, объединив два таких разных мира?
Лоре и Таше, мечтавшим о драконах вместе со мной.
Julie Kagawa
TALON
© 2014 by Julie Kagawa
Translation copyright © 2019 by Eksmo
© Онищук А.А., перевод на русский язык, 2019
© Издание на русском языке. ООО «Издательство «Эксмо», 2019
В единении процветаем
– Эмбер, когда погибли твои родители и что стало причиной их смерти?
Я сдержала стон и оторвала взгляд от окна машины, за тонированным стеклом которой блестел яркий солнечный городок Кресент-Бич. Воздух в черном седане был холодным и спертым, и, к моему неудовольствию, водитель включил функцию защиты от детей, так что я не могла открыть окно. Мы провели в машине несчетное количество часов, и мне не терпелось выбраться на солнце из этой тюрьмы на колесах. За оконным стеклом по краям дороги возвышались пальмы и роскошные виллы, которые соседствовали с заветренными серыми лачугами с рекламой еды, футболок, воска для серфинга и прочего. Сразу за тротуаром и полоской блестящего белого песка мерцал Тихий океан, словно огромный кусок бирюзы, манящий меня своими пенистыми волнами и бесчисленными пляжниками, беззаботно плещущимися в сверкающей воде.
– Эмбер? Ты меня слышала? Ответь на вопрос, будь добра.
Я вздохнула и откинулась на холодную кожу сиденья.
– Джозеф и Кейт Хилл погибли в автомобильной аварии, когда нам было семь лет, – продекламировала я, встречаясь с бесстрастным взглядом водителя в боковом зеркале.
Рядом со мной темноволосая голова мистера Рамзи кивнула в знак согласия.
– Дальше.
Я заерзала, сопротивляясь ремню безопасности.
– Они пошли смотреть бродвейский мюзикл «Вестсайдская история», – продолжила я, – и на пути домой их сбил пьяный водитель. Мы с братом жили у дедушки и бабушки до тех пор, пока дедушка не заболел раком легких и не смог больше заботиться о нас, поэтому мы приехали сюда, чтобы остаться у тети и дяди.
Я снова бросила тоскливый взгляд в окно и увидела пару людей, скользящих по волнам на досках для серфинга. Мне стало любопытно. Я никогда раньше не занималась серфингом, точно не в своем пыльном уголке пустыни. Серфинг казался почти таким же веселым занятием, как и полет. Хотя я сомневалась, что есть нечто сравнимое с движением в воздушных потоках, ощущением ветра на лице и под крыльями. Я представить не могла, как смогу пережить это лето, оставаясь все время на земле. Людям повезло, подумала я, когда серферы скрылись из виду. Они не знали, чего им не хватает.
– Хорошо, – рассеянно пробормотал мистер Рамзи, и я представила, как он просматривает наши файлы и биографии на своем планшете. – Данте, какова ваша настоящая задача на время пребывания в Кресент-Бич?
Мой близнец спокойно вытащил наушники из ушей и поставил свой iPhone на паузу. Данте обладал сверхъестественной способностью, которая позволяла ему отвлекаться на музыку или телевизор, но все равно знать, что происходит вокруг. У меня такого таланта не было. Учителям приходилось бить меня по голове, чтобы я обратила на них внимание, когда рядом было хоть что-то интересное.
– Наблюдать и повторять, – заявил Данте холодным спокойным голосом. – Научиться взаимодействовать с людьми и тому, как
Я закатила глаза. Данте поймал мой взгляд и пожал плечами в ответ. На самом деле мы с ним не были близнецами в прямом смысле этого слова. Да, мы одного возраста и, определенно, внешне очень похожи. У нас обоих невероятно рыжие волосы и зеленые глаза. Мы с Данте вместе, сколько я себя помню, но мы появились не из одной утробы. По правде говоря, мы вообще не были в утробе. Данте и я вместе вылупились, что само по себе было очень странно, потому что наш вид обычно не откладывает больше одного яйца за раз. Мы были чужими среди своих. Но вылупились вместе и росли вместе, так что для всех интересующихся он был моим братом-близнецом и единственным другом.
– М-м-м, – Мистер Рамзи снова принялся листать свой планшет, явно довольный тем, что мы не забыли выдуманную предысторию, так глубоко засевшую в моей голове, что я могла пересказывать ее во сне.
Я снова уставилась в окно.
Океан остался позади, сверкающая линия горизонта исчезла из вида, когда мы свернули с главной полосы и въехали в квартал с эффектными бело-розовыми виллами, которые выстроились вдоль улиц, окруженных идеально ухоженными лужайками и пальмами. Некоторые жилища были поистине колоссальными, что заставляло меня изумленно смотреть на них. Я никогда не видела таких огромных домов, разве что по телевизору или в документальных фильмах, которые учителя заставляли нас смотреть много лет назад, когда мы только начинали изучать человеческий род. Мы узнали все об их жилищах, занятиях, поведении, устройстве семей и языке.
И вот теперь нам предстояло жить среди них.
