– … в один прекрасный день я буду рад лично придать тебя забвению, проклятый выродок! А для начала стану бичом для твоей подопечной!
Злость вперемешку с виной и бессилием вырвалась внезапно, снесла давно выстроенные плотины и вылилась наружу. Арье отбросил инструменты вместе с драгоценностями и завис над Первосвященником.
– Тронете девочку и, клянусь Порядком, я донесу Светлейшему Совету о расточительстве военных ресурсов, – прорычал он.
Закум отпрянул, стал ловить ртом воздух, но Арье не смог насладиться зрелищем. Вниз по спине разлилась привычная боль, прожигающая кожу изнутри. Стараясь не упасть, парень выбежал на лужайку, поспешил прочь.
Только бы успеть в комнату…
Дверь открылась и в комнату кто-то влетел. Я не успела разглядеть вторженцев – на голове оказался плотный мешок, руки и ноги связали. Голова работала, бешено перебирая возможные варианты: на нас напали дети Хаоса?! Меня хотят развеять?! Что происходит?!
Я хотела закричать, но чья-то ладонь вовремя заткнула рот. Недолго думая, я прокусила пальцы неизвестного, а нападавший зашипел. Меня перехватили, стали тащить куда-то. Что было сил я оттолкнулась ногами, но меня лишь крепче связали. Секунда – и я лечу в пустоту.
Неужто все? Вот и пожила! Зачем вообще было начинать?! Я верещала и дергалась, стараясь скинуть мешок с головы.
Мгновение полета показалось вечностью. Когда чьи-то крепкие руки аккуратно поймали меня, я охнула, хватаясь за спасителя.
– Я же сказал, сама еще будешь ко мне жаться! – хохотнул знакомый голос и мешок стянули с головы.
Флегон прижимал меня за талию, сам парил в воздухе, а за ним, в тени утеса, пряталась пещера, забитая толпой крылатых студентов. Кажется, мой безумный вид напугал остальных, потому что собравшиеся тут же потупились.
– Фу! Хесса! Ты мне руку прокусила! – Селестия спускалась откуда-то сверху, протянула ладонь к моему носу. Тут же улыбнулась. – Молодец, нечего давать себя в обиду!
Я попыталась что-то сказать, но из горла вышел лишь сдавленный хрип. Флегону пришлось посадить меня на землю и сунуть фляжку с какой-то жидкостью. Я хлебнула неглядя и тут же прокашлялась – внутри словно развели жидкий огонь, горло прожгло.
– Что это за гадость? – просипела я.
– Говорит, значит жить будет, – констатировал Флегон. – Это нектар смоковницы.
Селестия погладила меня по спине:
– Прости, каждый артси должен упасть с нашего обрыва. Обычно мы проводим церемонию посвящения позже, но я предложила ускориться… – вдруг она заметила кого-то в толпе и попросила, – Флегон, пригляди за девочкой, я сейчас.
Ангелы оживились. Стихший с моим появлением шум веселья постепенно возвращался. Множество незнакомых крылатых подняло свои фляги в воздух и прокричало мое имя.
– Поздравляю, артси, ты прошла посвящение, – бугай приподнял мою голову за подбородок. – Понравилось летать?
Я мотнула головой, выдираясь:
– Вы чокнутые!
– Тебе повезло, что Туриель сегодня нет. Она предпочитает гнать новобранца до самой земли, – рядом присел Малкиель. На теле парня не осталось и следа недавней битвы. За его спиной стоял смущенный Лаван. – Хотя я бы посмотрел!
Улыбка на лице Флегона померкла. Он качнул головой и отошел к толпе веселившихся.
Потолок и стены пещеры оказались усыпаны теми же кристаллами, что освещали Грозовое Гнездо. Селестины не парили, а росли прямо на каменных сводах, начинали светиться ярче, когда кто-нибудь случайно касался их.
Я огляделась. Ангелы по-настоящему развлекались: кто-то играл на неизвестных мне музыкальных инструментах, другие танцевали, остальные пили и громко обсуждали прошедшую неделю. По углам пещеры сидели яростно обжимавшиеся парочки.
Лицо вспыхнуло.
Проследив за моим взглядом, Малкиель прыснул:
– Смотри какая скромница! Ни за что не поверю, что ты была монашкой в прошлой жизни!
Я подавилась. Не дай Порядок, он станет вытягивать из меня детали! Кто знает, как я могу проговориться…
– Мал! – Лаван одернул друга.
Артси, казалось, пребывал в мирном настроении, потому напирать не стал.
– Что?! Я же не спрашиваю, кем она была, просто выражаю мнение! – парень снова приложился ко фляге. – Веселись, Хессиль, нам это редко позволяют.
«Нам» звучало многозначительно. Сложилось впечатление, что Малкиель имеет в виду не всю ангельскую братию, а конкретно артси.
– Арье тоже сюда ходит? – спросила я, опасливо оглядывая пещеру. Не дай Ордо этот изверг тоже пришел.
Малкиель расхохотался. Лаван покачал головой и ответил:
– Нет, твой наставник редко отдыхает. Он скорее… прагматичный тип.
– Арье хаосова заноза в заднице, – отсмеявшись вставил красавчик. – Никогда не веселится, слишком много сил тратит на поддержание имиджа непризнанного героя Гнезда.
– Зачем ему это?
– А ты еще не заметила? – Мал приподнял темные брови. – У него крыльев нет.
Опять о крыльях!
– Ну и что! У многих тут их нет, – я забрала фляжку из рук Малкиеля и аккуратно пригубила. Жидкость снова обожгла горло, едва не пошла обратно.
– Да, но то первокурсники. А Арье в академии почти тридцать Биений.
