Каин Иннокент — космический пират. Он преступник. Он убийца. Пусть совесть не дает ему покоя, но свой путь — захватывать и убивать — он выбрал однажды и навсегда. Даже Лара, любимая женщина, не в силах переубедить его, потому что руководит действиями Каина Оникс, главарь космических пиратов, человек, который решил изменить мир.Оникс, он же Виктор Баренцев, уверен, что близок час, когда людям предстоит сразиться с представителями иных цивилизаций. И человечество должно быть готово к этой войне. Противостоять чужим будет не ослабленная Конфедерация Миров, а могущественная Империя. Построить ее — все равно что возвести неприступную крепость. И каждый камень для этой постройки — каждая планета — добывается ценой человеческих жизней…
Империи рождаются в войнах…
В пустую комнату с голыми стенами, без окон, где из мебели — лишь стул, прикрученный к полу, да раскладной стол с компьютером, пара конвойных ввела очередного проверяемого. Его нарочито грубо усадили, и один из двух присутствующих дознавателей, быстрыми профессиональными движениями захомутав ремнями «очередного клиента», налепил несколько датчиков ему на голову, зажал палец «крокодилом» и обтянул грудь жгутом, также содержащим датчики. После чего прямо через ткань кителя впрыснул в плечо препарат из пневматического шприца.
Проверяемый не сопротивлялся: во-первых, бессмысленно, а во-вторых, он уже не раз и не два проходил подобную процедуру и лишь немного поморщился от укола, подумав, что в следующий раз надо загодя снимать верхнюю одежду и закатывать рукав. А то не приведи бог заразу какую занесут.
Второй дознаватель, все это время сидевший за компьютером, понаблюдав некоторое время за состоянием клиента и удовлетворительно кивнув, когда препарат начал действовать, громко и четко, будто вбивая гвозди, стал задавать первые контрольные вопросы:
— Твое имя?
— Каин Иннокент.
— Позывной? Прозвище? Кликуха? Погоняло?
— Ригель.
— Звание? Должность?
— Камрад-полковник. Командир авиационного крыла бортовой авиации крейсера «Неустрашимый», ВКФ республики Ассалт.
— Кем ты был раньше, до вступления в ряды ВКФ Ассалта? Звание? Должность?
— Рядовым пиратским пилотом.
— Еще раньше, — спросил дознаватель, ничем не выдав своего раздражения, считая, что допрашиваемый прекрасно знает, о чем именно его спрашивают, но все равно выпендривается, и, что характерно, полиграф не протестует, ибо все сказанное — правда.
— Пилот охранного агентства «Барс».
— Еще раньше.
— Мое последнее звание во время службы в ВКФ Конфедерации Миров — капитан. Командир звена, — сжалился над дознавателем Каин Иннокент.
— Причина ухода со службы?
— Подстава… в качестве мести за небольшой инцидент в бане посчитавшая себя оскорбленной сторона конфликта подбросила мне наркотики, что тут же всплыло наружу. Из-за Генеральной проверки по Третьему Флоту Конфедерации Миров меня хотели перевести на удаленную планетарную базу с глаз долой… поскольку это было по сути концом карьеры, я ушел сам.
— Что происходило дальше?
— Я нанялся пилотом в охранное агентство «Барс».
— Дальше.
— Я случайно встретился с типом, который подбросил наркотики, поскольку был нетрезв, завязал драку и случайно убил его.
— Дальше.
— Далее, чтобы не засесть в тюрьму на двадцать лет за убийство, мне не оставалось ничего другого, как податься в пираты.
Дознаватель, все это время практически неотрывно следящий за диаграммами на мониторе своего компьютера, еще раз удовлетворительно кивнул, подтверждая, что все сказанное проверяемым — правда. И перешел к более серьезным вопросам:
— Ты состоишь в спецслужбах?
— Нет…
— Ты работаешь или работал раньше на спецслужбы?
— Нет…
Дознаватель на этот раз не стал затягивать линию связи со спецслужбами и, отложив в сторону перечень стандартных вопросов, которые он знал наизусть, потому как каждый день ему приходилось проверять по дюжине человек, взял листок с вопросами для проверки конкретно данного проверяемого и зачитал первый из них, сам не понимая, о чем в них идет речь:
— Веришь ли ты словам команданте?
Впервые за время допроса проверяемый промолчал, не зная, что ответить, и это отлично проиллюстрировали графики на мониторе полиграфа, начав выписывать пики, как сейсмограф при землетрясении, даже сыворотка правды не помогала выбить немедленный ответ, и дознавателю пришлось повторить вопрос:
— Веришь ли ты словам команданте Оникса?! Говори!
— Не знаю…
— Да или нет?!
— Не знаю… — упрямо повторил покрывшийся крупными каплями пота проверяемый, который уже плохо ориентировался в пространстве, мотал головой из стороны в сторону, пытаясь сфокусировать взгляд хоть на какой-нибудь детали, и упал бы, если бы его предусмотрительно не зафиксировали на стуле ремнями.
— Скорее «да», чем «нет», или скорее «нет», чем «да»? — проявил настойчивость дознаватель.
— Скорее… «да», чем «нет»… — выдал Иннокент, обильно вспотев.
— Хорошо… — удовлетворился ответом дознаватель, сверившись с показаниями полиграфа. — Рассказывал ли ты о своем разговоре с ним кому-либо? Обсуждали ли его с кем-либо?
— Нет.
— Хочешь ли ты еще его убить?
И снова пауза.
— Отвечать на поставленный вопрос?! Хочешь ли ты еще убить команданте Оникса?!
— Не… нет.
— Что? Громче!
— Нет, не хочу…
Допрос продолжался еще долго, одни и те же вопросы прокручивались с небольшими вариациями раз за разом, до тех пор пока проверяемый банально не заснул на стуле, но уличить высокопоставленного проверяемого пиратской армии в прямой измене так и не удалось.
— Старт! — скомандовал камрад-полковник Каин Иннокент своему авиационному крылу, получив соответствующий приказ от командира пиратской эскадры.
