Прибыла наконец-то долгожданная карета, с… Пятью девушками. Взглянуть там было на что. Не будь у меня Насти заинтересовался бы. А так? Надеюсь придёт момент, когда Родни сможет взглянуть на одну из представительниц прекрасного пола с симпатией и без внутреннего содрогания, как сейчас. На этот раз появление женщин товарищ перенес намного легче нежели прежде в академии. Правда постоянно мучил свой бедный мизинец. Но главное сработало же? Чуток тренировок и будет вполне адекватный пацан.
Всех расселили, управляющему дали распоряжение придумать для девушек спектр работ. Кого-то добавили на кухню, кого-то прислуживать за столом, кого-то подключили к уборке помещений, одна сама попросилась в оранжерею, а последняя оказалась… Лекарем! Самому Родни её таланты пока без надобности, а вот работникам в особняке услуги лекаря не помешали бы. О чем пришлось намекнуть парню, поведав вкратце как устроено всё в моем типа родном мире, где общее медицинское обслуживание лежит на плечах власть имущих и работодателей. Для девушки тут же отдали распоряжение оборудовать кабинет для приема пациентов.
Выделенную мне комнату увидел уже засветло. Да и то особо не рассматривал — вошел, взял направление в сторону постели, и… Упс! Проснулся. За окном солнце в зените, сна ни в одном глазу. Ни похмелья, ни иного дискомфорта после минувшего злоупотребления и бессонной ночи. Бодряк. Правда жрать хочется жутко. А ещё обратно на крышу тянет — в бассейн занырнуть пока имеется такая возможность. А потом в библиотеку! А то, кто его этого Родни знает, может после сегодняшних реформ он заречется меня в гости звать?
Товарищ ещё спал. Что мне не помешало удовлетворить все насущные потребности, включая плотный завтрак и бассейн. Прислуживала в столовой одна из новеньких. И сразу окружающая атмосфера изменилась. Стало теплее, уютнее.
«Эй, реформатор, выходи, дело есть…» — ворвался в мою голос зачермышка, когда я выйдя с крыши намеревался наведаться в библиотеку.
Заинтриговал. Я даже спрашивать не стал зачем, что за дело. Просто вышел во двор. А там… Меня ждал мой бирюзовоглазый красавец и… Леросс!
— Ооо!.. — только и смог протянуть я, непроизвольно едва не поклонившись демону, такая от него исходила аура всесилия и власти.
«Положи на него руку. Он считает твои воспоминания…» — распорядился Белка.
«Сдурел⁈» — воззрился я на фамильяра еще вчера верещавшего будто его режут при моей попытке коснуться леросса.
«Он действительно не причинит вреда, но возможно поможет тебе в поисках…»
Продолжать ему не пришлось. И снова я даже не стал уточнять в поисках кого именно. Хоть кого! Я не откажусь от любой помощи. В итоге положил ладонь на шею приблизившегося демона, и… Будто провалился в собственное прошлое. Я видел то, чего не помнил. Своё совсем раннее детство.
Мир там явно был иной. Об этом говорила бирюзовая трава и листва на деревьях, сюрреалистичная красновато-розовая земля под ногами. И нежно-персиковое небо с пушистыми бело-фиолетовыми облаками. Так вот ты какой Верайн? Со скоростью света мелькали какие-то события. Я не успевал усвоить информацию, распознать слова.
Затем была Земля. Дом деда, бабка… Та что реально Викентьевна! Дед. Питер. Отец, сестра. Они действительно появились в нашей с мамой жизни гораздо позднее моего рождения. И ладно этого не помнил я по юности лет или возможно в результате магического воздействия, но сестра? Или ей тоже подчистили память? Тогда почему также не поступили с типа отцом?
Всё мелькало слишком быстро, оставалось надеяться, что вот так повторно просмотрев свою жизнь я смогу позднее восстановить некие фрагменты и разобраться в возникших непонятках? Мой побег в деревню. Появление Машки. Портал сюда. Вот уже пронеслись последние события моего пребывания на Земле. Встреча с семьей. Знакомство с Настей. Поиски. Временная иллюзия счастья. Потеря… Этот момент отозвался щемящей болью незатягивающейся раны.
Визит на Ульбрант. Разговор с Викентьевной. Все тщательно скрываемые от окружающих опасения, страхи, желания, даже потаённые фантазии личного характера. Что бы я не желал скрыть, всё оказалось вывернуто наизнанку.
Осуществление кошмаров прошлого. Там, на Земле, мне снились кошмары, в которых меня преследовала совершенно нехарактерная мне навязчивая идея, из разряда порицаемых обществом. И имелся некто способный считать мысли. Я гнал прочь ненужные мысли. Пытался абстрагироваться. Думать о чем-то ином, загнать низменные фантазии поглубже. А неведомый некто погружался в моё сознание всё дальше, откапывая там самые потаёные уголки, вытаскивая всю грязь наружу, раскрывая мои тайны.
«То что знаю я будет знать мой спутник…» — раздался в голове какой-то объемный мужской голос, и я сразу понял — это Мертон. — «У нас единение сознания. За тебя согласие на считывание сознания дал твой фамильяр. Он имел на это право…»
«Да⁈» — только и сумел отозваться я, мысленно едва не взвыв.
