– «Шлемы все будут одного образца, как вы можете видеть на нашем покрасневшем от радости макете» – я попыталась разрядить обстановку, на мой скромный взгляд, чересчур запахшую натуральной конюшней, и ласково пнула своего кентуриона по ноге, заставив его вновь сосредоточиться на демонстрации всего доспеха, а не одной лишь части его содержимого – «Но к ним необходимы запасные части в виде свободно вкручивающихся в теменную часть знаков различия воинских званий. У деканов – небольшие, заостренные шишки. У кентурионов – поперечно расположенные, короткие щетинистые гребни. У примипила – продольно расположенный, щетинистый, красный гребень. К сожалению, в данный момент Легат Легиона отсутствует по… По не зависящим от него или нас причинам, в связи с чем речь о знаке различия для него пока не идет».
– «Ну что ж, тогда понятно. А щиты?».
– «О, это будет отдельная тема» – вздохнув, покачала головой я – «Но перед демонстрацией того, что мне будет нужно для моих легионеров, я предлагаю вам пройти в соседнее помещение, где для нас уже приготовлены прохладительные напитки».
Зашумев, гости потянулись в дверь зала, вполголоса обсуждая полученную информацию и похоже, уже начиная прикидывать размеры модернизации своих производств.
– «Кентурион, погодите. Кажется, у вас тут кое-что отклеилось… Сигнифер, будь так добра, принеси нам немножечко клея» – нарочито громко сказала я, втаскивая своего бывшего заместителя за хвост обратно в зал. Смущенно ухмыляющийся пегас еще смотрел в сторону скакавшей по лестнице на второй этаж Черри, когда я резко, хрустя ломающейся под моим копытом проклеенной бумагой, притянула его к себе.
– «Командир, ты чего?» – негромко забормотал соломенношкурый пегас, глядя на мою, враз ставшую очень серьезной мордочку – «Я сделал что-то не так?».
– «Ты сделал все замечательно» – холодно проговорила я, изучающе глядя в бегающие глаза пегаса – «Даже более чем нужно. Хай, я скажу это только один раз, поэтому выслушай меня очень внимательно. Ты стал мне как старший брат, и ты знаешь, как я ценю тебя и твою дружбу, твою крепкую спину и плечо. Я никогда не вмешивалась в частную жизнь своих друзей или подопечных, и лишь однажды немного помогла одному моему соломенношкурому другу завоевать сердце скромной, несчастной кобылки, которая, волею случая, никогда больше не сможет полететь. Может, я сделала это зря, может, вмешалась не в свое дело, но учти, если ты разобьешь ей сердце – я сломаю тебе спину. И поверь, это не фигура речи! Да, у тебя свой гарем, в который она была даже рада попасть. Да, у тебя есть и другие
– «Фух! Ну ты и напугала меня, Скрапс!» – присев от неожиданности на задние ноги, пробормотал Хай, сползая задом по стене – «Вот редис, а! Говорили мне, что иногда, когда ты злишься, у тебя глаза становятся какими-то неживыми, словно дыры какие-то… Дискорд подери, нельзя ж так пугать – я теперь ночью опять не засну! И почему ты вдруг решила, что я собираюсь ее бросить?».
– «После ее лекции о ваших обычаях, дружок!».
– «Поверь мне, Скраппи – я не собираюсь бросать эту вишенку ни сейчас, ни когда-либо еще!» – совершенно серьезно проговорил жеребец, подходя ко мне и приобнимая меня за плечи – «Так что не забивай себе голову несуществующей проблемой, хорошо? Ты ж сама сказала, что можешь на меня положиться. Так что не унывай,
– «Спасибо. И извини за эту вспышку» – я отвела внезапно заслезившиеся глаза, про себя ругая каркушу Кег, напророчившую эти вспышки агрессии, сменяющиеся негаданной меланхолией – «Просто в моем положении…».
– «А вот и клей!» – задыхаясь, едва ли не выкрикнула Черри, влетая в комнату с большой банкой желтоватого нечто, которым мы все утро старательно мазали старые накладные, лепя из них папье-маше[124] – «Сильно порвалось? Может, лучше зашить?».
– «Спасибо, пока еще рано» – не думая, ответила я, шмыгая носом из-за плеча Хая – «Вот месяцев через десять… Ой!».
– «Скраппи, что это сейчас было?» – с демонстративным спокойствием спросил меня Хай, в то время как выпустившая банку с клеем Черри прижала копыта ко рту – «Эта вот твоя оговорка – это ведь то, о чем мы сейчас все подумали?».
– «Оh blin! Oh blin!» – ну вот, теперь и я, наверняка, побагровела, и только и смогла, что уткнуться в спину друга заполыхавшей, словно огонь, мордочкой – «Вы этого не слышали, ясно? Никто ничего не слышал!».
– «Так значит, эта твоя тошнота по утрам, игнорирование подков, частые перемены настроения…» – принялась перечислять Черри и так известные мне признаки – «Скраппи, неужели?!».
– «Цыц!» – оторвавшись от спины Хая, тихим шепотом рявкнула я, подбегая к двери и резко выглядывая в коридор. Пусто. Ну что ж, уже что-то… – «Никому не слова, ясно?!».