Рождение легиона полностью

– «Оближи свой тощий рог, дрищ! Совести у тебя не осталось, мразь!» – не отпуская задергавшийся узелок, я принялась барахтаться, изо всех сил размахивая здоровым крылом, наконец, вырвавшимся за пределы телекинетического поля единорога. С глухим хлопком магическое поле погасло, бросив меня на жесткие камни и с нарастающим бешенством я услышала, как захрустели кости в собранном мной узелке – «Глумиться над останками – такое даже в мое время считалось постыдным для любого человека! Если ты знал это место, если ты тут бродил, то что, не мог просто пройти мимо? Обязательно нужно было разворошить эту могилу, да? Ненавижу тебя, сраный ты некрофил!».

– «Я не знал об этом месте» – потирая рог, ответил мой преследователь. Похоже, срыв заклинания давался единорогам нелегко, и даже такое простое заклятье принесло ему немало неприятных ощущений – «Но зря ты думаешь, что я не смог бы тебя найти в этих шахтах древней, изрытой горы. Ты справедливо рассудила, что я должен буду искать либо тебя, либо… То, что на тебе, поэтому и бросилась сюда. Умно, умно. Без твоей помощи я бы ни за что не нашел это место, но как только мое заклинание обнаружило нужную мне вещь…».

Единорог замолчал и внезапно застыл, словно изваяние, кажется, даже забыв, как дышать. Устремив свой взгляд куда-то за мою спину, он сделал сначала один шаг, затем другой, двигаясь медленно, словно текущая вода, осторожно отходя за большой, грубо обколотый камень, стоявший некогда на разрытой ныне могиле. Подхватив узелок и понож, я собралась было поскакать прочь, подальше от закамуфлированного психа – но не успела, и смогла только что-то невнятно проорать, когда что-то очень сильно и резко ударило меня по ногам, отправляя в полет в сторону выхода из пещеры.

– «Айййййй!» – полет был недолог, и мой визг был быстро заглушен холодной водой, куда приземлилась моя вопящая тушка, прижимавшая к себе драгоценные понож и узелок. От неожиданности выпустив свои сокровища, я успела лишь возблагодарить богинь за то, что моя задница оказалась выброшенной недалеко от берега озера, и мне не оставило большого труда вновь выловить из воды драгоценную ношу. Оставшийся на озере единорог осторожно двигался вокруг камня, вокруг которого уже кружили извивы длинного, черного, многоногого тела с бахромой беспрестанно движущихся ножек, приползшего откуда-то из глубины прохода, по которому я не так давно устало плелась в пещеру.

– «Ох ты ж blyad!».

А вот это, пожалуй, стало ошибкой – услышав мой голос, громко разнесшийся по пещере, многоногая гадина, состоящая из сотен непрерывно постукивающих ног и длинного, сегментированного тела, резво повернулась в мою сторону, поводя здоровенными вытянутыми усами. «Принюхавшись» и приподняв над землей десяток сегментов передней части тела, тварь резко выкинула их вперед, заставляя меня метнуться в сторону и грохоча по камням зажатым под бабкой ноги поножем поскакать в глубину пещеры.

– «Встретила того, кто столь же отвратителен как и ты, Раг?» – благодаря магии светящегося рога, голос Защитника разносился по всей пещере, и зашуршавшая в мою сторону сотнями маленьких белесых ног сколопендра замерла, поводя огромными усами по сторонам, словно силясь понять, откуда исходит голос потенциальной жертвы – «Ну что же, эта сцена достойна финальной главы в книге о твоей недолгой, но столь кровавой жизни. Достойный тебя финал, поверь. Прощай».

«Главное – не двигаться. Главное – стоять неподвижно» – убеждала я сама себя, видя, как огромные, многосуставные усы опустились и принялись жадно ощупывать камни, по которым я только что пробежалась, волоча за собой свой груз. Увы, отстояться мне вряд ли бы удалось, и передернувшись от ужаса и отвращения при виде приближающегося монстра, я подхватила первый же попавшийся камень – и кинула его в сторону островка, отвлекая от себя внимание громким плеском и стуком загрохотавшего по берегу булыжника. Кажется, это сработало, и пользуясь тем, что многоногая гадина вновь скакнула на середину пруда, словно перетекая по воздуху с места на место отвратительными многоногими фигурами, я попыталась было двинуться в сторону выхода из пещеры, но вновь застыла, когда подрагивающие отростки на «голове» чудовища вновь повернулись в мою сторону.

«Мать ее за ногу! Уши у нее там что ли?!» – Я уже начинала не столько бояться, сколько ненавидеть эти сраные усищи!

– «Эй, есть тут кто-нибуоооооаааааах! Это что за гадость?!».

Спасение пришло неожиданно, но очень эффектно – блеснув в ярком солнечном свете черно-красной броней, залетевший в пещеру пегас извернулся и бросился к стене, с трудом избежав стремительного броска хитинового тела. Подняв в воздух переднюю часть тела, извивающаяся мразь повела дрожащими от предвкушения усами и принялась отлавливать порхающего под потолком пегаса, прыгая, словно распрямляющаяся пружина.