Рождение легиона полностью

– «Угу. Поэтому-то ты столь бережно хранишь его под подушкой, после каждого прочтения кантерлотских газет что-то отмечая в нем странными письменами» – усмехнулась Луна, с удовольствием разглядывая мою обескураженную мордашку – «Нет-нет, ты ошибаешься. Никто не заглядывал к тебе в окошки и не лазал к тебе в спальню, как ты подумала. Ведь подумала, правда?».

– «Зная вас, я бы этому не удивилась!» – буркнула я, не замечая, как внезапно вздрогнул прижавшийся ко мне бок – «Вечно шпионите за мной, вечно что-то замышляете, к чему-то готовите… Вот только к чему?».

– «Я… Я не…» – замешкавшись, повелительница и подруга кашлянула, почему-то старательно отворачивая от меня морду – «А почему ты так подумала?».

– «Да потому что я помню, что сделала Селестия перед моей отправкой в Камелу!» – фыркнула я, высвобождаясь из-под крыла аликорна и подойдя к плите, осторожно провела по ней облаченным в сталь копытом – «Ты, вроде бы, еще не пыталась сотворить что-то подобное, но кто знает… Ладно, не будем о плохом. Скажи, а она не будет против, если я поношу ее понож? Я влюбилась в него, лишь увидев изображение на гравюре, а уж вживую он вообще великолепен!».

– «Да, ты можешь его оставить» – грустно кивнула принцесса, думая о чем-то своем – «Думаю, ей было бы даже приятно, что он попал к достойной ее памяти пони».

– «Спасибо. Спасибо, что ты заботишься обо мне… И не забыла о ней».

– «И тебе, Скраппи. Ведь это ты вытащила ее из той шахты» – кивнув головой, Луна вновь прижала меня к своему боку, не обращая внимания ни на холод остывших на ветру доспехов, ни на сбившийся набок, трепещущий плащ – «Пожалуйста, посиди со мной. Я знаю, что ты устала, но…».

– «Эй, ты же знаешь, что я готова на многое ради тебя!» – хмыкнув, я расправила крыло и в свою очередь, обняла сидящую рядом принцессу, Госпожу и подругу – «Даже на риск отморозить придатки, сидя на холодном камне и ветру. С тобой мне гораздо спокойнее, чем с Селестией, и я… Ладно, глупости все это».

– «Что? Ты что-то хотела мне сказать?» – сдерживая рвущееся из нее нетерпение, вкрадчиво спросила меня Луна, но момент ушел, и внезапно пришедшая мне на ум мысль показалась мне настолько вопиющей глупостью, что я только опустила мордочку, надеясь, что под плащом меня не так-то легко будет «прочитать», как это бывало раньше.

– «Да нет, ничего. Глупости все это» – решительно тряхнув головой, я вновь уставилась на плывшую в ночном небе луну – «Просто я хотела сказать, что полюбила вас обеих, и тебя, и твою сестру, и поэтому я хочу остаться с вами… Несмотря ни на что».

– «Замах! Замах! Удар!» – деревянные клинки, примотанные к поножу, бесшумно рассекали воздух, то и дело ударяясь о вовремя подставленный щит. Огрызаясь длинными замахами и сериями коротких, быстрых ударов, мы кружили по тренировочной площадке, усыпанной мокрым булыжником.

«Значит, что мы имеем на данный момент? Оказывается, принцессы так и не смогли поговорить друг с другом до того самого момента, пока одна мелкая, пятнистая пегаска не согласилась исполнить роль спички, поднесенной к стогу сена. И это несмотря на то, что они едва ли не миловались, думая, что я их не слышу, погруженная в медикаментозный сон! И что, без этого ужина-сюрприза они так и находились бы в этом странном состоянии взаимного недоверия, скрываемого под улыбками и нарочитыми уверениями в дружелюбии, а может быть, и даже чем-то большем? Странно все это, ну да кто поймет этих тысячелетних богинь. Может, для них и близкие отношения вышли за рамки чего-то недозволенного, превратившись в единственный способ ощутить кого-то по-настоящему близкого и родного?».

– «Двигайся, двигайся, я сказал! Копытами аккуратнее шуруди, колченогая!» – сегодня инструктор Праул Шейд, вызванный по моей просьбе из Обители, был как-то непривычно спокоен. «Колченогая», надо же! А почему не «мелкая мразь» или «шлепок цветастого навоза», как обычно? Ох, не к добру это…