– «Когда-нибудь, Лу. Обещаю тебе. И клянусь, я больше никогда не поверю ни одному существу, нашептывающему про тебя дурное!».
– «Спасибо, Селли. Я жду – так же, как и ты. И я тоже клянусь – что бы там ни говорили, что бы там ни думали про меня – я никогда, слышишь, никогда не покину тебя! Больше – никогда!».
Стоявшая на каменных перилах балкона бутылка серебрилась переливами неземного стекла. Никогда раньше не виданный мной материал, словно застывшая ртуть, едва заметно мерцал, словно биение чьего-то сердца, и в его глубине, за тонко поющими от прикосновения стенками, плескалось нечто, чему я никак не могла подобрать названия. Я не расслышала, как Луна назвала этот странный напиток, сотворив его прямо из яркого следа упавшей звезды, прочертившей над нами небосклон, ведь в тот момент, едва пригубив прозрачную, с совершенно незнакомым мне запахом, жидкость, я могла лишь глупо улыбаться, чувствуя, как мой рот раздвигается едва ли не до ушей от странных, пугающих, но в то же время чарующих ощущений, ударивших по моему обонянию и вкусу. Что-то нежное, словно шелк, прокатилось по моему языку, мягко погладив ставшей очень легкой голову невидимой рукой, пока мои ноги медленно и неторопливо превращались в мягкие резиночки, смешно дрыгающиеся в разные стороны при ходьбе. Чебурахнувшись пару раз рядом с обнявшимися сестрами, я обиделась и кое-как проковыляла на балкон, где и застыла, смакуя прохладный ночной воздух и красоту ночного неба.
– «Спасибо тебе, моя отважная маленькая кобылка» – вывел меня из задумчивости голос Селестии. Присев рядом со мной, она прижала меня крылом к своему теплому боку, вновь погружая меня в облако ароматов нагретого солнцем, цветущего луга. Но сейчас, он не нес в себе неизменного запаха опасности, и я позволила себе расслабиться, вдыхая горьковатый запах ромашки, тяжелый, сладкий запах клевера и тонкую синеву колокольчиков, превративших мой нос в филиал ботанического сада. Не удержавшись, я звонко чихнула, чем вызвала смех обнимающих меня сестер, по новой наполнивших свои бокалы – «Спасибо тебе за этот чудесный подарок. Надеюсь, что когда-нибудь и ты присоединишься к… Простите?».
Раздавшийся где-то сверху резкий хлопок вкупе с отодвинувшимся крылом принцессы застигли меня врасплох, и я не успела даже хрюкнуть, как уже валялась на спине, дрыгая в воздухе не слушающимися меня ногами. Желтоватый, перевитый красной ленточкой свиток появился перед Селестией – и упал, не поддерживаемый ни магией, ни копытом.
– «Что это?» – неторопливо поинтересовалась Принцесса Ночи, вновь наполняя наши бокалы. Покосившись на мою раскорячившуюся, словно краб, тушку, она подумала – и отставила третий бокал, справедливо решив, что больше мне наливать явно не стоит – «Опять отчет о магии дружбы? В такое время?».
– «Не думаю, сестра» – мгновенно протрезвевшим голосом произнесла Селестия. Отставив бережно хранимую Солнечной Принцессой бутылку, обнаружившуюся в ее самом дальнем тайнике, Луна внимательно поглядела на сестру, по мановению рога которой комната за нашими спинами озарилась светом одинокого огонька, трепещущим солнышком застывшим над плечом белоснежного аликорна – «Увы, это не полночный отчет моей ученицы о… Молчу, Скраппи, молчу. Можешь так не краснеть».
– «Мммрмрммммффф» – пробормотала я прикрыв морду копытами. Дискорд побери, не могла она что ли держать свой неумелый язык за зубами, рогатая заучка?
– «Тогда что это, сестра?».
– «Это… Это вести от моего агента при дворе Грифуса. Она пишет непосредственно из кабинета лорда-канцлера, в доказательство чего скрепляет свой отчет печатью этого господина…» – негромко проговорила Селестия, и мне послышалась бесконечная усталость, появившаяся в голосе этого прекрасного и древнего существа – «Ну что же, Скраппи – вот и пришло время для твоего Легиона».
