Фрейя застонала. Ее пальцы зарылись в волосы любимого.
Она и не знала, что так бывает.
Ларкин ласкал ее губами, пока она была уже не в силах терпеть.
Девушка схватилась за его рубашку и стянула ее через голову. Его тело не было безупречным, как, впрочем, и лицо – оно было сплошь покрыто шрамами, но Фрейя было готова к этому, ибо знала, что он был воином.
– Ты действительно этого хочешь? – спросил Ларкин. Глаза его блестели, а лицо покраснело, чего Фрейя раньше никогда не замечала в нем, даже после боя. Она кивнула и, чтобы доказать ему это, прикоснулась к его брюкам в том месте, где его мужественность нетерпеливо прижималась к ткани.
Ларкин втянул в себя воздух и прижался к ее пальцам. Но уже через мгновение он схватил девушку за руку, останавливая ее движения. Фрейя хотела спросить, не совершила ли она ошибку, как Хранитель уже притянул ее к себе на кровать и развернул. Задыхаясь, Фрейя лежала на жесткой койке и смотрела на мужчину.
Сквозь полуприкрытые веки она наблюдала, как он избавляется от брюк. И у нее перехватило дыхание.
Его сила была ошеломляющей. Горячая пульсация у нее между ног стала сильнее.
– Ларкин… – выдохнула она просьбу и приказ одновременно.
Он улыбнулся и опустился перед ней на колени, как тогда, в Туманном лесу. Но на этот раз он не бормотал молитву, а снял с нее туфли, прежде чем ухватиться за пояс ее брюк. Фрейя приподняла бедра в немом согласии. Ларкин стянул с ее ног ткань, и теперь она лежала перед ним совершенно обнаженная. Едва ли она делала что-то более правильное за последние несколько дней.
– Ты прекрасна, – прошептал Ларкин. Его взгляд воспламенял ее кожу. Хранитель наклонился к девушке и поцеловал сначала ее левое, потом правое колено. Левое бедро, правое… С каждым поцелуем он приближался к ее пульсирующему центру.
Фрейя стонала и извивалась под ласками Хранителя, пока не перестала выдерживать эту сладкую пытку. Она потянулась к нему, приглашая войти в нее. Ларкин поддался этому желанию и навис над ней, опираясь на руки. Он был намного сильнее и выше Фрейи, и вообще-то она должна была его бояться, но все было как раз наоборот. С ним девушка чувствовала себя в безопасности.
Она приподняла голову и поцеловала его, когда его тело медленно опустилось на нее. Его обнаженный торс гладил ее грудь, а его руки нашли ее пальцы. Они крепко сжимали свои переплетенные руки, пока Ларкин бесконечно нежно проникал в нее, давая ей время привыкнуть к новому ощущению.
Фрейя прикусила нижнюю губу, почувствовав тянущую боль внутри, но это ее тотчас сменило другое чувство, когда Ларкин медленно двинулся в ней. Это совершенно новое ощущение лишило принцессу дыхания и рассудка. Она никогда не чувствовала ничего подобного.
Она крепче схватила руки Ларкина и устремилась навстречу его толчкам. Его хриплое дыхание звучало рядом с ее ухом, став таким же быстрым, как и его движения. Мышцы внизу живота Фрейи судорожно сжались. Голова девушки кружилась от всех тех ощущений, которые дарил ей Ларкин.
Она распалялась все больше и больше, пока, наконец, внутри нее не зажегся огонь, который не был порождением магии, но был поистине волшебным. И вдруг Фрейя вспыхнула ярким пламенем и вместе с Ларкином сгорела без остатка.
– На твоем месте я бы этого не делал.
При звуке этого голоса полукровка застыл. Но уже через мгновение мужчина отпрыгнул назад, рванув кинжал на себя. С поднятым клинком он застыл напротив Ли. Металл, когда-то измазанный черной кровью, зловеще поблескивал в мерцании пламени. Но Ли не чувствовал страха.
Он откинул одеяло, которое достал из шкафа в соседней хижине, и сел.
– Это твой способ поблагодарить меня за то, что я спас тебе жизнь?
– Без меня эльва растерзала бы тебя. Я бы сказал, что мы квиты, – ответил полукровка, не меняя своей боевой позиции. Однако, будучи обнаженным, полуэльф не производил на Ли особенно угрожающего впечатления.
Ли успокаивающе поднял руки. Он был рад видеть полуэльфа в добром здравии. Последние несколько дней состояние больного было нестабильным. И только после того, как Хранитель дал ему третий флакон с противоядием, полукровке стало лучше. А средство еще понадобится Ли для возвращения в Нихалос.
– Убери кинжал!
– Об этом не может быть и речи. – Голос полукровки звучал грубо и хрипло. Однако его бледная кожа уже приняла более здоровый цвет, а раны на теле вот-вот должны были затянуться.
Ли знал, что он легко сможет одолеть полукровку, если до этого дойдет. Но ему было достаточно и той крови, что уже была на его руках.
– Убери кинжал! – потребовал он еще раз. – Я не хочу причинять тебе боль после того, как провел последние дни, стараясь снова залатать твое тело.
Темные глаза полукровки расширились.
– Дни? Как давно мы здесь?
– Уже семь дней.
– А где мы?
– В Ливатте.
– В городе полукровок?
