– Ааа! – Лицо фейри просветлело. – Прекрасный инструмент. Тристан изготовил арфу незадолго до своей смерти и передал в наследство другу, который завещал ее театру. Там инструмент простоял без дела несколько десятилетий, пока не нашел меня, и я восстановил его.
– Она все еще здесь?
Лавочник кивнул.
– Я убрал ее с витрины, чтобы не подвергать воздействию солнца такое длительное время. Пойдемте со мной!
Ли опасался, что ему снова придется принуждать полуэльфа присоединиться к своему счастью, но на этот раз тот последовал за Хранителем без колебаний. Они углубились в магазин, который был больше, чем казалось снаружи. Ли увидел барабаны, еще флейты, а за приоткрытой дверью, которая, как оказалось, вела в мастерскую, еще и рояль. А он-то всегда думал, что такие инструменты есть только в Тобрии!
– Вот она, – провозгласил Неблагой фейри с гордо выпяченной грудью, простирая руки в сторону инструмента. Арфа выглядела так же, как и описывал ее полуэльф. Даже красивее, вынужден был признать Ли. И если бы она была мечом, он, наверное, тоже стоял бы тут в благоговейном изумлении.
– Рассматривайте спокойно! – продолжал торговец. – Но если вы ее повредите, вам придется ее купить.
– Сколько она стоит? – поинтересовался Ли.
Фейри подергал кончик своей бороды.
– В водных талантах – двадцать.
– Всего двадцать?
– Тысяч, – благоговейно добавил полуэльф.
– О!
Тогда им лучше быть осторожными. Киран предоставил Хранителю довольно обширный спектр действий, но он не смог бы так просто объяснить принцу повреждение арфы стоимостью в двадцать тысяч талантов.
Неблагой фейри вернулся в свою лавку и оставил Ли и полукровку одних. Черноволосый мужчина неподвижно замер перед инструментом, уставившись на него, словно заблудившийся, который наконец-то нашел дорогу. Ничто в нем больше не напоминало о том молчаливом существе, которое уже несколько недель торчало в камере рядом с той, в которой была заключена Зейлан.
– Разве тебе не хочется поиграть на ней? – спросил Ли.
– Нет.
– Почему нет?
– Я не могу.
Ли насторожился.
– Ты не умеешь играть?
– Конечно, я умею играть, – прошипел полуэльф, словно Ли только что обрушил на него самое страшное из всех оскорблений. – Но это невозможно. – Он поднял руки, поверх которых все еще лежал плащ Ли. Конечно, кандалы!
Хранитель знал, что ему нельзя этого делать. Полуэльф пока не доставлял хлопот, но он по-прежнему оставался заключенным. Обвиняемым в предательстве, с уже уготованной судьбой. И все же Ли впал в искушение. Если он окажет полукровке эту последнюю услугу, возможно, того легче будет склонить к принятию предложения, которое Ли хотел сделать ему в крайнем случае. Несмотря на то что после всего, что до сих пор говорил или, лучше сказать, о чем умалчивал полуэльф, такая возможность становилась практически ничтожной. Но Ли должен был использовать этот шанс, ведь даже в случае неудачи его меч останется с ним.
– Ты можешь пообещать мне вести себя прилично, если я сниму с тебя оковы?
Глаза полуэльфа расширились.
– У тебя есть ключ?
– Я этого не говорил. Обещай мне, что не будешь использовать магию!
Полукровка закатил глаза.
– Не волнуйся! Я не так уж силен в магии стихий и не думаю, что моего выдоха будет достаточно, чтобы сбить тебя с ног.
– Обещай! – повторил Ли.
– Обещаю. Никакой магии.
– Хорошо. Но если ты сделаешь попытку убежать или выкинешь еще что-нибудь подобное, я без колебаний достану свой меч. Так что лучше не пытайся, если хочешь сохранить все свои конечности до самой смерти.
И Ли широким движением руки положил ладонь на рукоять своего меча.
Полукровка, прикрыв глаза, проследил за его движением и кивнул.
Ли глубоко вдохнул, надеясь, что не ошибается в своем решении. Он опустился на колени и вытащил из сапога кусок проволоки, который всегда хранился там. Старая привычка, которую он никак не мог бросить. Так или иначе, ему приходилось снова и снова вскрывать разные замки. Он снял плащ с рук полукровки и посмотрел на кандалы. Они были пропитаны магией земли, создавая противовес другой магии – магии воздуха, но механизм замка был простым, и для бывшего вора не составляло труда его вскрыть. Ли всегда легко удавалось взламывать самые разные устройства, но время у Стены сделало его настоящим мастером. Кроме боевых упражнений, на Стене не было большого разнообразия занятий, если, конечно, вам не хотелось проиграть все свои деньги в карты.
Уже через несколько ударов сердца замок издал тихий щелчок, и оковы спали. Суставы полукровки, распухшие от металла, воспалились от грязи подземелья.
– Спасибо, – сказал он, разминая руки.
Ли снова выпрямился.
– Поторопись! У нас не так много времени.
