Бегство на север шло своим чередом. Постоянные наскоки на савир делали свое дело, и степняки никак не могли догнать беглецов. Осталось поставить финишную точку в этом этапе. Дальше играть в эти игры было опасно, ибо за перевалом, через который беглецы должны были пройти, находилось плато, где степняки могли получить преимущество, плюс там же где-то должны находиться другие союзники авар, от которых могли получить поддержку. Хотя Рус до последнего надеялся, что кочевники все же не будут столь упорны в попытке его поймать. Надеяться он, может, и надеялся, но исходил из худшего, так что подготовился практически на все случаи жизни. И сейчас этот случай зависел от того, насколько порох окажется сухим. Пришло время этих бочек.
Еще до переправы через Дунай Рус через вождей нашел людей, что хорошо знали горы Южных Карпат – охотников, и те рассказали обо всех особенностях гор и их рек, так что убегали не абы куда, а по тщательно выбранному маршруту.
Пока часть лангобардов отражала попытки савир переправиться через Дунай, а остальные уходили вместе со славянами, одновременно охраняя их и подгоняя, иногда вплоть до пинков особо ленивых или перегруженных барахлом, именно славянские воины, прихватив инструмент для работы по дереву, ушли вперед, буквально загоняя своих лошадей, ибо от скорости и быстроты выполнения работ зависело все. Их задачей по прибытии на обозначенное место являлось произвести некоторые строительные работы, и они вполне с ней справились. Впрочем, не такую уж и сложную работу в инженерном плане требовалось сделать, благо что Рус не только рассказал, но и сделал макет из веток того, что он хочет получить.
– Савиры подошли к забору, князь, – доложил прискакавший Юша.
Рус приказал прекратить жечь леса, искусственные дожди ему больше не требовались, хотя природа сама иногда одаривала осадками, но тут уже никуда не деться. Он знал, как спровоцировать дождь, и они лили как по заказу три-четыре раза в день, но не знал, как в нынешних условиях его отменить.
Рус на доклад только кивнул. Те, кто стоял у забора из ежей, знали, что надо делать. Осталось закончить последние приготовления ему. Ссыпав соль в мешочек, Рус все-таки запихнул его в кожаный мешок с порохом, хотя, если уж на то пошло, то мог этого уже не делать, да и остальные вытащить.
– Хуже не будет…
Завязал хорошо кожаный мешок и, в свою очередь, запихнул его в бочонок, что просушивался дымом от костра.
Завязалась схватка лангобардов с савирами. Рус заложил бочонок с порохом в специальную нишу и дополнительно обложил его камнем, оставив на виду только крышку, что была выполнена из тонких дощечек.
Что, собственно, построили славяне и заминировал Рус? Плотину. Даже две плотины. Одну на реке Олт и вторую на ее западном притоке. Вот их и перегородили чуть выше места слияния. Плотины сделали простенькие, из тонких бревнышек с ногу толщиной, но зато двухстенные, то есть получался растянутый сруб с шириной внутреннего пространства в метр и длиной до пяти, полости при этом заложили камнем и землей с глиной. Собственно, высота плотин достигала примерно шести-семи метров. Ширина русла тут была небольшой, примерно двадцать метров для Олта и пятнадцать для ее притока.
Быстро добрался до второй плотины и заложил мину в нее. Вода, кстати, быстро прибывала, еще немного, максимум день, и начнет перехлестывать через верх. Сами плотины потрескивали от нагрузки. Для надежности их подперли бревнами.
– Первый сигнал! – скомандовал он.
Загудел рог. Его на всякий случай продублировали пуском стрелы с лентой. В этот момент лангобарды, сдерживавшие напор савир, добиваясь их максимального уплотнения, резво отступили и кинулись к практически отвесным склонам, по которым стали резво взбираться наверх, благо там имелась решетчатая конструкция.
Савиры явно удивились такому маневру противника, потом опомнились и с ревом бросились вдогонку, но их встретили лучники и метатели дротиков, плюс полетели вниз камни, словно с городской стены.
– Второй сигнал.
Снова звук рога и взлет стрелы.
Меткие лучники из дружины князя, укрывшись за толстыми деревьями и большими валунами, взяли подготовленные для них зажигательные стрелы и выстрелили в видневшиеся крышки бочонков.
Ба-бах! Ба-бах! Почти одновременно прозвучали два мощных взрыва, и в плотинах появились здоровенные пробоины, через которые тут же хлынула мощным потоком вода. Напор был так силен, кроме того, взрыв сильно расшатал древесную конструкцию, что стену просто мгновенно разрушило.
Вода, неся древесину и камни, с грохотом устремилась вниз по руслу. У савир не было ни малейших шансов на спасение. Несколько дней накапливавшаяся вода буквально сносила все на своем пути. Лишь очень немногие, всего пара тысяч человек из почти двадцати, смогли избежать смерти, успев добежать до склона и взобраться достаточно высоко. Остальные беспомощно кувыркались в стремительном потоке, захлебывались, ломали себе руки, ноги, ребра и черепа. Жаль было лошадей, которых также снесло потоком.
