Был он чем-то неуловимо похож на моего недавнего знакомого, стоявшего на страже учебного заведения. Паренек был таким же рыжеволосым и худощавым. От своего рыжего собрата он отличался разве что ростом и возрастом. А все остальное, даже раскосые серо-зеленые глаза, высокие скулы и россыпь веснушек — все одинаковое. Прокралась мысль, что этот парнишка — младший родич охранника. Вот только непонятно, что он делает в институте для благородных девиц. У них тут мужской факультет открыли? Для будущих гадов-джентльменов. А обучают, небось, обольстительным улыбкам, вежливому хождению налево и дуэльному кодексу, на случай, если жена тоже будет вежливо ходить налево. Я усмехнулась собственным мыслям и еще раз осмотрела парня, тот, не стесняясь, тоже рассматривал меня.
— Сомневаюсь я, что ты пройдешь экзамен, — после осмотра заключил он и потерял ко мне всякий интерес, вновь отвернувшись к дверям.
Пф-ф, чтобы я — и что-то там не прошла! Так, стоп! Какой экзамен? Мысль ужаснула. Я не готова к разного рода экзаменам. Уж этикет и историю мира я точно не сдам. А это первое, что полагается знать аристократке. Да я писать толком не умею! Для меня их закорючки хуже китайских иероглифов! Хочешь написать «Дорогой, я буду завтра», а поставишь одну точку не над той закорючкой — и получаешь «Ежи летают кирпичами». И не факт, что эти самые ежи у них есть вообще, я уже молчу про неведомые им кирпичи. Дома здесь либо из досок, либо с помощью магии земли: кто побогаче, сразу воздвигали плиты, а то и целые здания за раз.
— Какой экзамен? — спросила срывающимся голосом.
— У каждого разный, об этом не принято рассказывать, — не оборачиваясь, пожал плечами парень, рассматривая резные двери.
— Ты дурак? — нервно переспросила. — Что ты вообще в институте для девиц забыл?
— Какой институт, полоумная, это Академия магических искусств! — обернувшись, как окатил меня ушатом холодной воды. По крайней мере, ощущения были именно такими. А потом себе под нос продолжил бурчать, не обращая внимания на мой ступор: — Ведьма, что ли? Они все с придурью…
Дверь, за которой скрывалось светлое будущее любого обладающего магическими силами, открылась, и парень решительно попытался шагнуть вперед. Попытался, потому что я, совершенно не думая головой, оттолкнула его и стремительно вошла, не обращая внимания на возмущенные окрики сзади. Дверь захлопнулась сама, стоило мне переступить порог, отрезав меня от злого парня и его криков. Я действовала чисто на инстинктах, не иначе, потому как по-другому свой поступок объяснить не могла.
Боги, куда я попала?! Не хочу умирать!
— Дура! Ты что творишь! Помереть захотела! — орала на меня Лариса. — Долби в чертову дверь, пусть нас выпускают!
Я была с ней полностью солидарна. Помирать отчаянно не хотелось, особенно из-за такой оплошности, как перепутанные здания двух учебных заведений. В наличие у себя магических сил верилось слабо, а потому я со всей дури заколотила в дверь, но она… исчезла, просто растворилась, как будто ее и не было. Осталась стена, и я с возмущением уставилась на нее. Но пришлось смириться и обернуться.
Оказалась я в коридоре, длинном и совершенно пустом. И где комиссия? Где экзамен?
— Ты чем думала, когда бежала? — не унималась Лара. — Какая Академия магии?! Ой, голова твоя больная, как еще на плечах держится с такой-то хозяйкой?!
— Лариса! — прикрикнула я на неугомонную. — Думай лучше, как нам отсюда выбраться!
— Да что тут думать… Иди.
— Куда? — глупо переспросила я.
Коридор разветвлялся направо и налево. Оба пути уходили далеко вперед, конец их терялся в темноте, совсем неприветливой.
— Куда хочешь! Головой думать надо было раньше! — вновь психанула арка.
Я тяжко вздохнула, признавая, что поступок был глупым и эмоциональным, но свое место, пусть даже в другой академии, терять не хотелось, а старая одесская привычка брать то, что дают, и даже то, что не дают — тоже, взяла надо мной верх. А сейчас надо как-то выбираться из ситуации, желательно без потерь. Я еще раз рассмотрела оба варианта, которые мне предлагали. Разницы в них не было абсолютно, а потому, как приличная девушка, я пошла направо.
Пол был выложен несимметричной темноватой плиткой из неизвестного мне камня, а стены — из светлого, и украшениями не баловали. Редко попадались факелы, один из них я и прихватила. На всякий случай. Мало ли. Тем более темнота неумолимо приближалась и не желала развеиваться, даже когда я кинула в нее единственный источник света, который у меня имелся. Огонь просто потух, стало совсем темно.
— Ну как, довольна? — прошипела на ухо Лариса, умостившись на моем плече.
Она тоже нервничала, судя по сжимавшим меня когтям. Обычно птица меня не ранила, но сейчас она была напряжена, в любой момент готовая отразить нападение. Мы обе были напряжены.
— Страшно… — пискнула я.
— Иди давай, — пробурчала арка. — Толку от того, что ты стоишь так долго?
