– Не обольщайся на мой счет. У меня все зависит от того, как продвигается мой роман. Сейчас дела плохи, вот я и разошелся. Понимаешь, я писал, писал, и вдруг – тупик… стена… А ты попалась мне под горячую руку… Не сердись. Хочешь, я еще раз извинюсь?
– Нет. – Бриана, смягчившись, погладила Грея по небритой щеке. – У тебя усталый вид.
– Я сегодня не спал, – держа руки в карманах, он предостерегающе посмотрел на Бриану. – Поосторожней с выражением симпатии, Бри. Дело ведь не только в неудачной работе. Дело еще и в тебе.
Бриана отдернула руку, словно от огня. Губы Грея искривились в недоброй усмешке.
– Я хочу тебя. Если бы ты знала, как мне тяжело…
– Правда?
– Я тебе сказал вовсе не для того, чтобы тебя порадовать, – разозлился Грей.
Она зарделась.
– Да я вовсе не рада…
– Ладно, садись в машину… пожалуйста. Я все равно не смогу сегодня работать, а то у меня совсем ум за разум зайдет.
На сей раз Грей нажал на нужную кнопку: Бриана без возражений полезла в машину.
– Может, надо было еще кого-нибудь убить, и тебе сразу бы полегчало? – шутливо поинтересовалась она, когда Грей сел за руль.
Он с удивлением обнаружил, что еще способен смеяться.
– Ну что ж… я подумаю над твоим предложением.
Новая галерея Рогана привела Грея в восхищение. Здание было стилизовано под старину – этакий элегантный особняк с образцовым парком. Он не имитировал ни величественный дублинский собор, в котором располагается музей изящных искусств, ни роскошные римские палаццо. Галерея графства Клер обладала своим неповторимым обликом, и невозможно было себе представить лучшего места для хранения и демонстрации произведений ирландских художников.
Роган давно мечтал о такой галерее. И вот наконец мечты воплотились в жизнь.
Парк был разбит по проекту Брианы. Вернее, ландшафтные архитекторы использовали ее идеи: посадили с внутренней стороны кирпичного забора кусты роз, а на широких полукруглых клумбах – люпинусы, маки, наперстянки, водосборы и георгины – любимые цветы Брианы.
Здание галереи было из светло-розового кирпича.
Высокие изящные окна обрамлял серый камень. В большом фойе на полу красовались узоры, выложенные из синего и белого кафеля, с потолка свисала роскошная уотерфордская люстра, а на второй этаж вела широкая лестница из красного дерева.
Бриана завороженно замерла перед большой стеклянной скульптурой, стоявшей у входа.
Двое слились в объятии. В холодном стекле словно мерцал огонек страсти, в пластике фигур была жгучая сексуальность и в то же время возвышенная романтика.
– Это «Капитуляция» Мегги. Роган купил ее незадолго до того, как они поженились. Ему не хотелось расставаться с этим шедевром.
– Я его понимаю. – Грею стало вдруг трудно дышать. В изгибах стеклянных тел сквозило неприкрытое сладострастие, а у него и так нервы были на пределе. – Это потрясающее начало музейной экспозиции.
– У нашей Мегги удивительный талант, правда? – Бриана осторожно прикоснулась кончиками пальцев к прохладному стеклу, порождению огненных фантазий сестры. – Наверное, все талантливые люди с характером.
Усмехнувшись, Бри покосилась на Грея. До чего же он сегодня беспокоен! На всех злится, а в особенности на себя самого.
– Да, талантливым людям трудно приходится в жизни, потому что они слишком требовательны к себе, – продолжала Бриана.
– И портят жизнь окружающим, когда не могут заполучить желаемое. – Грей тоже протянул руку, но погладил не скульптуру, а плечо Брианы. – Ты на меня больше не сердишься?
– Нет. Это же все равно бессмысленно, – она обернулась, любуясь простотой и строгостью линий фойе. – Роган хотел, чтобы художники чувствовали себя здесь как дома. Поэтому тут есть холл, гостиная и даже столовая. – Бриана подвела Грея к двойным дверям; – Все картины, скульптуры, мебель созданы ирландскими мастерами. И… Ой!..
Она остановилась как вкопанная. Низенький диванчик был застелен мягким покрывалом. Бриана подошла поближе и провела по нему рукой.
– Это покрывало я подарила Мегги на день рождения. Господи, они привезли мой подарок сюда! В музей!
– А почему бы и нет? Вещь очень красивая. Неужели ты сама его выткала?
– Да. Мне, правда, некогда этим заниматься, но… – Бриана испугалась, что не выдержит и расплачется. – Ты только подумай! Привезти мое покрывало в музей и положить среди таких потрясающих произведений искусства.
– Бриана!
– Джозеф!
Какой-то мужчина бросился к ней с объятиями.
Ишь, артистический темперамент, злобно подумал Грей.
В ухе серьга с бирюзой, длинные патлы собраны в «конский хвост», новехонький итальянский костюм. Взгляды мужчин скрестились. Грей вспомнил, что видел этого типа на свадьбе в Дублине.
– Ты с каждым разом все хорошеешь.
– А ты все больше говоришь ерунды, – сказала Бриана, но при этом мило улыбнулась. – Я и не подозревала, что застану тебя здесь.
– Я приехал на один день, чтобы помочь Рогану.
– А Патриция?
– Она в Дублине. Разрывается между малышкой и колледжем.
– Расскажи мне про малышку. Как она?
– Прекрасно. Похожа на мать. – Джозеф спохватился и протянул Грею руку. – Вы, должно быть, Грейсон Теин. А я Джозеф Донахью.
