Я забросила пропахшие костром одеяла в корзину для белья и бесшумно, как пантера, проскользнула по плюшевому ковру прихожей. Клянусь, с лестницы можно сбросить мертвое тело, и никто ничего не услышит. Тарга специально снимает носки, чтобы ощутить всю мягкость этого пушистого ворса. А я не могу себя заставить сделать то же самое – ненавижу ходить босиком. У меня слишком чувствительные ступни. Любой малюсенький кусочек грязи, ворсинка или травинка кажутся
– Привет! – я заглянула в кабинет Лиз.
Она вовсю стучала по клавиатуре ноутбука; справа – стопка документов, на кончике носа – очки от Прада. Ее прическа выглядела так, словно ни единый волосок не шевельнулся с тех пор, как она вышла из дома в пять сорок пять этим утром.
– Есть минутка?
– Секунду. Что такое?
Она не отрывалась от клавиатуры, ее пальцы летали запредельно быстро. Казалось, из-под них вот-вот повалит дым.
– Я собираюсь в Ирландию на летние каникулы. Как ты и хотела.
Мое сообщение привлекло ее внимание. Лиз подняла глаза и взглянула на меня поверх очков, на ее безупречном лбу появилось несколько морщинок. Пальцы замерли над клавиатурой.
– Вот как? Что случилось? Я думала, ты собираешься проводить время в компании Тарги, ходить в походы или что-то вроде этого. Разве не об этом ты говорила неделю назад? Я помню, говорила.
Лиз сняла очки и прикусила кончик дужки. Я представила, как у нее в голове вращаются шестеренки, открываются и закрываются ящички с файлами, где она ищет актуальную информацию.
– Вы с Таргой поссорились?
Мы с Таргой никогда не ссоримся. Если бы Лиз наблюдала, как мы общаемся, или хотя бы иногда спрашивала о моей лучшей подруге, она бы это знала.
– Нет. Тарга едет в Польшу – все решилось в последнюю минуту. А я не вижу смысла торчать здесь в одиночестве все лето. Мне казалось, ты будешь рада.
Я зашла в кабинет и села на одно из двух одинаковых кожаных кресел напротив стола, словно была клиентом Лиз. Скрестила лодыжки и положила руки на колени. Пожалуй, можно и подыграть, чтобы она чувствовала себя в привычной обстановке. Моего сарказма Лиз все равно не понимает.
– Я рада, детка. Отлично. Позвони в понедельник Денис, и она закажет тебе билеты. Твой паспорт уже продлен, так что проблем не возникнет.
Лиз надела очки и снова пошла в атаку на клавиатуру. Денис – ее секретарь. Она следит, чтобы я не забывала чистить зубы, стричься и делать маникюр (педикюр я не делаю, фу). И все строго по расписанию. Спасибо, Денис.
– Так ты будешь говорить с тетей Фейт? В смысле, она не против, что я приеду?
Лиз не взглянула на меня.
– Да, детка. Фейт не против. Денис уладит с ней все вопросы на следующей неделе. Она даже встретит тебя с поезда. Фейт, разумеется, не Денис.
Лиз стремится всё разложить по полочкам. Думаю, это какой-то особый пунктик у юристов.
– Мне ехать на поезде?
– До Дублина – самолетом, до Анакаллоу – поездом. Забыла?
И снова
– Мне было пять.
– Денис всё объяснит, там никаких сложностей. В Ирландии прекрасная система общественного транспорта.
– Отлично! – ответила я, наблюдая за тем, как она печатает.
В горле запершило, я закашлялась.
На секунду Лиз взглянула на меня, прищурившись, затем снова уткнулась в экран.
– Ты хорошо проведешь время. Джашер, твой кузен, тоже сейчас там. Тебе будет с кем поиграть.
Обалдеть. Она действительно сказала, что у меня будет друг для игр? Мне что, три года?
– Какой он?
Лиз нахмурилась.
– Не знаю. Ты же в курсе, что мы ни разу не виделись. Уверена, он милый.
– Ну, а сколько ему лет? Я знаю, он старше меня, но насколько? Чем он занимается? Он из тех, кто играет в бейсбол, или, скорее, киноман?
Лиз заморгала, явно озадаченная моими вопросами о ее племяннике. Она не была к ним готова. А быть неподготовленной она терпеть не могла.
– А, – произнесла она, подняв палец.
Затем открыла один из множества ящиков рабочего стола и принялась что-то искать. Закрыла ящик, открыла другой. Порылась там. И, вытащив перевязанную резинкой пачку конвертов, бросила ее на край стола, торжествующе расправив плечи.
– Вот они где.
– Что это?
Я подошла к столу и взяла стопку писем. Они были подписаны элегантно-небрежным почерком и имели ирландский штемпель.
– Это письма твоей тети Фейт. Прочтешь их и узнаешь всё то, что я знаю о Джашере, и вообще будешь в курсе всего, что там происходит.
Она пошевелила пальцами, словно творя заклинание. Замешательство от нехватки информации волшебным образом рассеялось.
– Похоже, я узнаю больше твоего, Лиз.
Я просмотрела пачку – половина конвертов осталась запечатанными.
– Хорошо!
Она подняла глаза и подразнила меня на прощание победоносной улыбкой.
– Хорошо, – повторила я и на мгновение застыла, завороженная щелканьем клавиш.
Для Лиз я уже ушла.
– Ладно, умолкаю, удаляюсь.
Она мельком взглянула на меня, буквально на долю секунды.
– Ладно, детка, развлекайся.
Я вышла из кабинета, и ковер поглотил звук моих шагов.
