Этот Охотник был гордым, надменным и не привык подчиняться. Само это понятие было ему чуждо, причём настолько, что даже пришлось в своем уме разбить его на составляющие, как это делает Темный Король, разделяя себя, чтобы ходить среди людей. Не уверена, что он живой в нашем понимании этого слова. Он живой настолько, насколько живы ледяные метеоры или звезды. Символы его совершенно не сдерживали. Они были вроде назойливых мух на его шкуре и оскорбляли саму его суть.
— Доверься мне.
Бэрронс пристально смотрел на меня, замерев, лишь желваки ходили на его челюсти, что для этого мужчины равносильно полноценному приступу ярости. После затянувшегося молчания, он с трудом выдавил:
— Под вашу ответственность, мисс Лейн.
Я обошла Охотника по кругу и стерла следующий знак с его крыла. Бэрронс подсадил меня, когда Охотник присел, чтобы я могла забраться ему на спину. Я подтянулась вперед к его массивной голове и стерла последний символ.
А когда Бэрронс запрыгнул наверх, расположившись позади меня, и мы уселись между его крыльями, Охотник заурчал:
Он метнулся вперед и, достигнув широкого перекрестка на краю Темной Зоны, взмахнул своими кожистыми крыльями, отчего черные льдинки взметнулись маленьким штормом вокруг нас.
Мы взлетали всё выше и выше.
Мне так не хотелось оставлять магазин на неизвестно какой срок, обрекая его на одному Богу известную судьбу. Я смотрела вниз, пока он не превратился в совсем крошечное пятнышко под нами, и я не убедилась, что на данный момент никто не пытался совершить налет на мой дом. Мне стало понятно, почему Бэрронс о нём не беспокоится.
Неистовый и черный торнадо, кружа обломками, охватывал целые восемь кварталов, а в самом его центре находились КиСБ. Мы взмыли в небо прямо из его эпицентра. Небольшое сборище толпилось неподалеку, но никто не мог пересечь границы циклона, который вытянулся до небес, не рискуя при этом быть затянутым в воронку. Я оглянулась из-за плеча. Ледяной монстр подо мной, горячий мужчина позади.
— И как ты это сделал? — недоуменно спросила я.
— Попросил фейри об услуге. Они специализируются на климате.
Не слабая такая услуга.
— И кто из фейри благоволит к тебе настолько, что согласился помочь? — спросила я, хотя и без того знала ответ. Никто.
— Тот, кого я не стал убивать, прося об услуге. После того, как убил двух предыдущих.
Я усмехнулась. Одним словом, сорвиголова.
Хочу стать Иерихоном Бэрронсом, когда вырасту.
Внутри каждого живет кто-то ещё…[11]
Когда мы приземлились на поле неподалеку от аббатства для встречи с Риоданом, стоявшим у Хаммера, в котором я не так давно провела слишком много времени, я решила не говорить ничего о том, что увидела на мониторах в клубе. Мне было интересно, поделятся ли Бэрронс и Риодан со мной информацией по собственной инициативе.
Мне хотелось выяснить, кто я для них: Мак — заслуживающий доверия член тайного общества; или мисс Лейн, которая по-прежнему находится за пределами внутреннего круга. К тому же знания — это сила, и мне нравится утаивать, что я узнала о чём-то, чего знать не должна была. О чём-то, вроде Кэт, которая тренируется с Кастео под Честером; Папы Таракана, который служит Риодану шпионской сетью; поцелуя Джады и Риодана; или Лора, который решил позажигать с Джо и готов ради этого вывести из себя своего босса. Того самого Лора, который задолжал мне, это, кстати, я тоже храню в секрете. Мудрая женщина подберёт все инструменты, что другие разбрасывают. Вдруг пригодится отвертка или ножик.
Мы с Бэрронсом не разговаривали, с тех пор как Охотник взлетел. Бэрронс просто не разговорчив, а я наслаждалась моментом, скользя по ночному бархатному небу, озаренному светом звезд, откинувшись на граничащую с непристойным волнующую чувственность мужчины, сидевшего позади меня, и одновременно поражаясь интригующе непостижимым эмоциям-мыслям-видениям в голове зверя, находившегося подо мной. Я была под кайфом, поэтому могла насладится поцелуями ветра, красотой, окружавшей меня, и не сильно обращала внимание на физический дискомфорт, вроде льдины под задом.
На спине Охотника, рядом с Иерихоном Бэрронсом я свободна. Ничем не заморочена. Жизнь — прекрасна.
Всё слишком быстро закончилось.
Риодан пошёл нам навстречу по пастбищу, и несмотря на то, что на самом деле он мне нравится, я напряглась. Он хочет, чтобы я открыла
Он ни слова не проронил. Как и с Бэрронсом, никаких тебе: «Надо же, Мак, да ты снова видима!» Или: «А как ты это делаешь?» Или хотя бы: «А где твои сталкеры-падальщики?» Последнее меня и саму интересовало, пока я не решила, что они нашли себе новый объект слежки.
