По сводкам в один миг Явь потеряла почти три с половиной миллиарда человек, не трудно было догадаться - уточни эту цифру и убедишься в моментальном переходе за Грань нужного для продолжения ритуала количества душ. В каком мире готовятся выкосить население, состоящее из одиннадцати троек не известно даже Такрину, а более осведомлённых в этом вопросе знакомых у меня не было. Как бы плохо я не думал о Такрине, выводы мы сделали похожие: «Не известно для чего, не понятно кто собирал энергию жизни». Я не знал, как её аккумулировали для хранения.
Плетенье Велигора было качественным. Я и только я безраздельно властвовал над этим телом, но когда доходило до глубоких знаний я старался наладить связь с разумом томящимся на задворках сознания. Велес не отвечал, но убеждённость, что это не я, осушил чашу с кровью, даже не уразумев, чьё истерзанное пытками тело распростерлось у моих ног, осталась прежней, как прежний я остался там, не узнанным мной возрождённым. Я и сейчас не мог объяснить стремление забрать как можно больше, словно даже не осознавая, что я иной, хотел, чтобы между мной смертным и мной нынешним осталось как можно меньше разницы.
Я есть душа смертного, правящая бессмертным телом запертого магом божества. И это тело напитано кровью смертного. У Есении много знакомых, которые достанут воду озера забвения, помогут ей с магической составляющей, только бы насолить мне. Осталось добавить каплю восстановленной крови, и она сведёт счёты с жизнью.
«Вот и последний ингредиент!»
Коммуникатор и стандартный Ким не выдержали и всё-таки «сломались». После ухода Макоши большая часть помещения стала похожа на жертву взбешенного экскаватора, а видеокамера, активированная после того как я скрылся, транслировала на монитор часто моргающей от удивления охраны окутанные пылью руины бункера.
Глава 6
Моё собственное жилище за бронированной дверью не зря охранялось заклятьями от любопытства одних и замками от глупости других. Когда я исчезал неофициально, соседи об этом даже не подозревали. Для них я казался чудаком-затворником, направленным с важной миссией из центра Федерации, советником и другом губернатора.
Мой коммуникатор просигналил о незваном госте, когда я включил кнопку визора, увидел что за дверью стоит девушка со смуглой кожей и длинными волосами непонятного цвета.
- Чего тебе?
- Майкл, - имя прозвучало коротко из-за сдерживаемых эмоций,- позволь поверить, что я пришла не зря. - Просьба из уст девушки звучала знакомым голосом.
- Чеми? - Я открыл дверь и уставился, не веря собственным глазам. – Проходи, - вымолвил насколько запоздало.
Темнокожее лицо, с раскосыми глазами и заострённым, коротеньким носом, приобрело несколько забавный звериный вид. Схожесть с лисицей усиливалась осветлёнными прядями взлохмаченной чёлки, уложенными со лба к затылку, и торчащими вверх ушами. Хищные черты сглаживал рот с тонкими, подкрашенными тёмно-вишнёвым цветом губами. Яркие, карие глаза просияли вместе с незнакомой улыбкой. Я продолжал находить модификации, пока она услужливо продолжала их показывать: пару раз крутанулась, прошлась, пританцовывая, вокруг предложенного кресла и, погрузившись в новый образ, забралась в него с ногами. Плечи стали острее, грудь больше, казалось, изменения не тронули только нижнюю половину тела, хотя ноги, кажется...
- Тебе нравиться?
- Не пойму кошка или лиса?
- В договоре значилась рысь, - с сомнением призналась глупышка, между бровями залегла тонкая складочка, думаю от усилий включить остатки разума.
- Тебя обманули, - сказал как ударил.
Остро заточенные коготки, цвета тёмного золота впились в обшивку подлокотников. Стараясь не подать виду, что расстроилась, она принялась пальцами зачёсывать волосы. Они были как минимум семи цветов, а уши, принятые мной за имитацию, оказались самыми настоящими, с чёрными кисточками на концах.
- Ответь мне, какого хрена ты это сделала? – Человека с подобными модификациями в быту называли амитан (от искаженного монгольского слова означающего животное), хотя для их изменений использовались преимущественно растительные яды, рассекающие сцепления генов, с последующим внесением искусственных комбинаций в хромосомный набор.
Мне не нравилась новая Чеми, да, я и к её прежнему, кавайному стилю, придававшему ей схожесть с куклой, симпатии копить не собирался.
- Новая тенденция, - объяснила "модница", Мать её! – Не нравиться? – спросила об очевидном.
- Лишь бы тебе самой нравилось, - я вздохнул, утомлённый женской глупостью.
- Супрамолекулярные катенаты, - чётко выговорила она, не без гордости, - я давно на них копила. Изменения на генном уровне.
- Понятно, что не макияж, - не удержался от сарказма. - А свои титьки чем не угодили? - Я вспомнил её полную натуральную грудь, и обновления мне ещё больше не понравились.
- Меняться - так меняться!
Ожидаемой реакции с моей стороны она не увидела, но и сдаваться не собиралась. «Это же Чеми - Фея Изящества. Мать её!», - я опять выругался про себя, а эта самая фея решила меня облагодетельствовать:
