— Надо маму отвезти, — Наташа задумчиво перемешивала макароны с яйцом в сковороде, глядя на процесс готовки поникшим взглядом. — Утром ей плохо было. Лекарства не помогают.
Борис, и без того измученный бессонницей, словно насупившаяся туча, навис над кухней. Субботнее утро окрасилось в мрачные тона: подработка сорвалась, а контрольная, написанная еще в четверг, обернулась позорным «неудом». И даже Гугля… Гугля словно ушел в себя.
Ни криков, ни колик, ни привычного залпа «ароматов». Это угнетало Наташу, а значит, и Бориса тоже.
— Куда везти-то? — буркнул Борис, отхлебывая остывший кофе из кружки.
— В больницу, разумеется. Что за глупые вопросы? — Наташа с тихим вздохом выключила плиту.
Яичница, обугленная по краям, смотрелась жалкой и безвкусной.
— Ты хоть понимаешь, что происходит?
Борис понимал. Он не был слеп. Просто утро выдалось на редкость скверным, когда даже самые простые мысли путаются в голове.
— В больницу, значит, в больницу, — пробормотал Борис, ставя кружку на стол с таким грохотом, будто это он сейчас собирается кого-то лечить. — А с подкидышем что?
— Своди к детскому врачу перед приёмом мамы, — пояснила Наташа, уперев руки в бока. — То, что он не какал утром и весь вялый, — плохой знак!
— К педиатру, значит, к педиатру, — передразнил ее Борис, с неохотой вороша вилкой макароны. — А что, если он там, как в кино, начнет орать, вырываться? Я ж его не удержу, он вон какой шустрый стал.
Наташа закатила глаза:
— Боря, ну ты серьезно? Это же младенец! Какие там крики и бунты? Полежит спокойно, пока врач осмотрит. Лучше подумай, что маме с собой собрать.
— Да что там думать, — отмахнулся Боря. — Лекарства, документы, тапки. Вроде всё. И памперс запасной для «ароматной бомбочки» не забудь. А то я чувствую, там уже целый арсенал накопился. Рванет — мало не покажется…
— Арсенал? — Наташа хмыкнула. — Ты бы лучше про свой арсенал носков вспомнил, который по всей квартире валяется. Вечно как диверсант их раскидываешь.
Боря пробурчал что-то невнятное себе под нос, но спорить не стал. Знал, что в этом бою он обречен на поражение. Наташа, когда дело касалось порядка, была неумолима.
— Ладно, собирайся, — сказала Наташа, смягчившись. — А я пока Гуглю переодену. И возьму на всякий случай пару погремушек. Вдруг он там концерты закатывать начнет.
Боря вздохнул, встал из-за стола, поплелся в комнату, открыл шкаф, достал вещи, переоделся и направился к выходу. По дороге заглянул в комнату к Наташе.
— Эй, ты скоро там? — спросил он, заглянув в детскую, где Наташа пыталась застегнуть на Гугле комбинезон цвета хаки с неуклюжим медвежонком на груди.
Малыш лениво дергал ручками и ножками, всем своим видом демонстрируя несогласие с утренним моционом.
Кто бы мог подумать, что мой новый мир окажется таким безнадежным дном?
Я, словно зачарованный, наблюдал за неуклюжими попытками Бориса и Наташи собрать меня в эту обитель страданий — больницу. Они что-то бормотали о «заболевании». Моём заболевании, если быть точным. Но, признаться, мне было до этого совершенно наплевать.
Настроение было отвратительным, хуже некуда. С самого утра, а точнее, с самой ночи.
Когда я, наивный, открыл для себя этот новый мир — интернет, я размечтался найти там ответы на все вопросы: о магии, о моём прежнем мире, о том, как вернуть маму… Но вместо этого я лишь барахтался в болоте из форумов сектантов и прочих личностей, одержимых тем, чего они в принципе не могли понять.
Магия в этом мире — всего лишь миф, красивая сказка для детей. Люди со сверхъестественными способностями — плод фантазии режиссёров и писателей.
И меня, карапуза, владеющего телекинезом, способного испепелить собаку одним взглядом, и развивающегося с невероятной скоростью, это просто выводило из себя! Ни единого здравого слова о таких, как я. Ну как же так?
Так ещё, меня, словно мешок картошки, собрались притащить в этот храм боли и белых халатов.
«Заболевание», — говорили они.
Да какое там заболевание! У меня просто экзистенциальный кризис в памперсах! Как бы выразилась Наташа.
Конечно, были и свои плюсы. Я прилично пополнил свой словарный запас. Только вот толку-то? Я ведь могу лишь агукать, пускать слюни и бормотать что-то невразумительное себе под нос.
В общем, я угодил в мир, где магия — всего лишь ловкость рук, а телекинез — нервный тик.
Как мне вернуть мать? Одному Богу известно! Про подземный мир в интернете только сказки и небылицы. Ни порталов, ни бездн, ничего!
Я даже изучил, что такое портал. И то с сугубо научной точки зрения.
«Теоретически, — как же меня теперь бесило это слово! — Теоретически — возможно… Бред!»
В такси водитель, завидев меня, тут же принялся сюсюкать. Затем, ни с того ни с сего, врубил душераздирающую детскую песенку про трактор.
Я попытался испепелить его взглядом, заставить выключить это издевательство, но он лишь ухмыльнулся, решив, видимо, что мне нравится. Мать Бориса, сидящая рядом со мной на заднем сиденье, казалось, вообще не слышала этой пытки, хотя даже Борис нервно передернулся от звуков этой песни.
