Ларри, широко раскрыв глаза, вытаращился на небо через купол кокпита «Боевого Молота». Квартет шаттлов вытворял в небе нечто невероятное, трясясь и раскачиваясь, словно он наблюдал кадры, снятые пьяным оператором. Акафф никак не мог понять, что происходит, пока «Морской Змей», испуская дым, серебряным яйцом не устремился к земле. От удара затряслась почва под ногами «Боевого Молота».
Только что было четыре корабля, и вот уже груда металла. Через секунду Ларри удалось выйти на частоту связи с Фебой.
— «Императрица», что за чертовщина?
— Повреждения неизвестного характера. Боже всемогущий, четырех «Сюзеренов» как не бывало!
— Если Бандиты и блефовали, то теперь с этим покончено.
— А если нет?
— Значит, или кто-то слишком ненавидел «Кобр», или очень любил нас, я затрудняюсь с выбором. — Ларри увидел, как на панели управления замигал огонек включения монитора. — От Бандитов сообщение. Гауптман Акафф на связи. Ну, валяйте, Бандиты!
Даже цифровой преобразователь не смог убрать дрожь из голоса Ады Габсер.
— Что вы сделали с «Черными Кобрами»?
— Мы не знаем, что случилось с ними, полковник, но зато уверены, что большой помощи вам от них ждать не приходится. — Ларри посмотрел в сторону, где над разбившимися кораблями поднимался черный столб дыма. — Но остается вопрос: вы себе хотите помочь?
— Условия сдачи обычные? Мы просим, чтобы репатриация осуществлялась с нашим снаряжением.
В разговор вступила Феба:
— Условия обычные, лишь бы у нас не было с вами хлопот, да и завод остался неповрежденным.
— О'кей, мы сдаемся. Габсер связь Заканчивает. Ларри отключил частоту Бандитов.
— Что ты думаешь, Феба?
— Я думаю, что рада. В новом году Нанкин станет частью Федеративного Содружества. — В ее голосе эхом отражались радость и удовлетворение. — А ты о чем думаешь?
— А мне хотелось бы, чтобы слухи о грядущем мире оказались достоверными.
— А почему тебя это так беспокоит? Мы уже выиграли все наши битвы.
— Именно поэтому, Феба. — Ларри громко рассмеялся. — Сама посуди. Мы справились здесь с задачей, которая казалась невыполнимой. Если бы война продолжалась, мне даже страшно подумать, чего захотел бы от нас Виктор в будущем. Все, о чем я мечтаю, — вернуться в какое-нибудь безопасное местечко типа Соляриса и по достоинству оценить нормальную жизнь в тишине и спокойствии.
От войны люди ждут результата,
а не объяснения причин.
Когда Хан Фелан прошел по сцене к подиуму, шум в зале стих, лишь где-то слышалось покашливание и негромкое бормотанье. Церемониальные серые кожаные одежды при ходьбе поскрипывали, а волчья маска ощущалась тяжестью на плечах, но голову он нес высоко, сохраняя бесстрастное выражение на лице. Добравшись до подиума, Фелан возложил руки по обе стороны трибуны и осмотрел собравшихся клановцев.
— Я хранитель клятвы! И все ею связаны до тех пор, пока останутся от них лишь прах да воспоминания, но и тогда клятва будет превыше всего!
— Сайла!
Хором произнесенное Волками торжественное слово эхом отозвалось в душе Фелана, придавая силы.
— Полковник Марко Холл принес нам новости. Они касаются всех нас — всех, кто сражался рядом с Ульриком и Наташей и кто прибыл к нам из оккупационной зоны. Эти новости нельзя назвать приятными, и они даже могут проложить пропасть между нами. — Фелан сглотнул ком в горле. — После того как Ульрик Керенский был убит на Вотане, Хан Вандерван Чистоу заявил, что наше испытание отказа на самом деле явилось испытанием поглощения4 Нефритовых Соколов.
Зал разразился гневными криками и возгласами изумления. Фелан знал, что эта часть новостей потрясет воинов и приведет их в ярость, но тем не менее понимал, что, исходя из многих соображений, он обязан сообщить их. Чистоу сделал просто нахальную попытку захватить власть, поскольку испытание поглощения являлось сложным делом, вовлекающим в себя и другие кланы, которые должны были поспорить за честь завоевать и поглотить Волков.
Если бы это действительно было испытанием поглощения, мои войска были бы на Вотане и Соколам никогда не удалось бы одержать победу в битве на той планете.
Хан Фелан поднял руки, затем опустил их, призывая собравшихся успокоиться.
— Хан Чистоу заявил свои права на наших людей, наши миры и наших воинов. Он придумал ритуал клятвы, который вычеркивает из списков нашего клана имена всех Волков, кто прибыл сюда с Вотана, и всех, кто последовал за мной. Посредством этой акции Хан Нефритовых Соколов добивается того, чтобы мы стали изгнанниками из нашего клана.
Эта новость не привела к взрыву ярости, а лишь к негромкому говору, как некое любопытное известие, не более. Если Волки поглощены Нефритовыми Соколами, следовательно, клятва делает их изгнанниками из их клана. Если же клятва и установлена, но не ратифицирована Советом Клана, клятву можно просто игнорировать. И каждый из присутствующих здесь ее игнорировал.
