- Ну хорошо, - согласился биолог, - но хочу сказать, что вы столь же странный человек, как и этот Джессер.
- Возможно, - миролюбиво согласился психолог.
Пилотов еще раз подвергли массированной гипнотической атаке, и примерно через год "Андромеда I", покинув стартовый комплекс, с невероятной скоростью устремилась в пустоту, разделяющую Галактики.
Пилотом первого корабля был выбран все-таки Джессер. Два года после старта прошли без каких-либо происшествий. Чувствовал себя пилот отлично, корабль неуклонно пожирал пространство, и тогда вслед за ним стартовали еще четыре звездолета - каждый должен был исследовать свой сектор чужой Галактики.
Бартол и глава психологов большую часть следующего года провели в Центре контроля за полетом. Один следил за состоянием ханков, другой - за самочувствием людей. Корабли двигались по заданному курсу точно по расписанию, экипажи чувствовали себя превосходно, и в конце года Директор разрешил опубликовать в прессе информацию о полете.
Наживка была проглочена тут же. Древний дух соперничества еще раз всколыхнул человечество, заставив снова осознать собственное величие. "Андромеда? - говорили люди. - Это совсем неплохо для начала. Так же как когда-то Сириус. Но это всего лишь одна Галактика, и далеко не самая большая. А ведь только в нашей локальной группе их более пятидесяти..." И вот тогда к психологу явился один из его сотрудников.
- Шеф, появились какие-то флуктуации. - Психолог внимательно изучил полученные данные.
- Плохо дело, - покачал он головой, - очень плохо.
- Что произошло? - спросил Бартол, как только ему доложили новость.
- Энцефалограмма, - коротко ответил психолог.
- Чья?
- Джессера.
- И что с ней такое?
- Возможно, ничего. Но если вы помните наше пари, то на вашем месте я бы приготовил деньги.
- Вот из-за этого незначительного отклонения?
- Не бывает незначительных отклонений, когда речь идет о человеке, находящемся отсюда за триста тысяч световых лет, да еще намертво связанном с чужаком.
Отклонение в энцефалограмме Джессера не исчезло и на следующий день. Оно оставалось почти неизменным так долго, что стало казаться чем-то обычным и нормальным. А потом такие же в. точности отклонения появились в данных и с других кораблей. И каждый раз это происходило на третий год полета.
- Но они все же отличаются, - хмуро заметил психолог. - У остальных слабее. Энцефалограмма Джессера менялась столь незаметно, что изменения видны только в сравнении с показателями остальных пилотов.
Бартол что-то хмуро буркнул. Он все еще надеялся, что инстинкт самосохранения не позволит пилотам наделать глупостей.
Но в один прекрасный день энцефалограмма Джессера резко вернулась к норме.
- Это случилось, - прокомментировал психолог. - Внушение исчезло. Через пару лет с остальными произойдет то же самое.
- Внушение исчезло! - насмешливо воскликнул Бартол. - Ну и что с того? Это ничего не меняет! Он не может остановиться и выйти вон. Там пусто, понимаете, пусто! Ни звезд, ни черных дыр - взять энергию просто неоткуда, и если Джессер затормозит, то потом не сможет разогнаться снова. В конце концов, ведь он человек, а человек не станет затягивать, петлю на собственной шее.
- Чего только люди не делают, - прошептал про себя психолог.
Где-то там, в черной пустоте, в 350 тысячах световых лет от родной Галактики Джессер бросил последний взгляд на своего ненавистного компаньона. А потом с силой шмякнул его об стену.
19. ФИЛОСОФЫ
После основания Университета Аристотеля один за другим появилась в Содружестве целая плеяда блестящих философов. Анализируя это время, мы можем сказать, что в середине седьмого тысячелетия, а точнее, в период между 6400 и 6700 годами галактической эры, философия скинула с себя покров таинственности и превратилась из искусства в науку. Некоторые из замечательных трудов того времени до сих пор хранятся на астероидах Делуроса VI и в гигантской библиотеке на Делуросе VIII.
"Человек. История двенадцати тысячелетий"
Примерно около 6500 года галактической эры философия сделала очень нехарактерный для этой науки и, как оказалось впоследствии, гибельный поворот в своем развитии. Более точно начало упадка философии можно соотнести с концом научной деятельности Белор Териол - последней из великих мыслителей человечества.
"Происхождение и история разумных рас", т.9
- Прекрасно, - сказал Хиллиэр, - просто замечательно. - Он положил пухлую папку на стол и с важным видом откинулся в кресле. Его так и распирало от гордости.
- Как я вам и говорил, - довольно заметил Браннет. - Полагаю, нам следует незамедлительно предложить ему место на факультете, пока парня никто не перехватил. - Два других члена ученого совета согласно закивали головами.
- Прежде чем сделать официальный запрос, - продолжил Браннет, - я бы хотел, чтобы мы все письменно подтвердили свое единодушное мнение.
- Разумеется, - согласился Хиллиэр и тут же размашисто расписался на заготовленном заранее листе.
Остальные поспешили присоединиться к нему.
- Прекрасно, - улыбнулся Браннет. - Теперь все в порядке.
