– Ну... это я так сказала, что он – эльтар. Он – не эльтар и не мужик. Он невесть что. Его разрубили на куски, а он встал и пошел. Его пронзили стрелами – стоит и смотрит. Он не ест, не спит, не отдыхает. Он целые сутки крутил рычаг вагонетки и устал только оттого, что под землю не проникали лучи Ранопуса...
– Крутил рычаг вагонетки... – изумленно пробормотал Виолт. – Ты что же, поволокла агента эльтаров до самого «Икара»? Он видел подземный ход, видел вулкан?
– Он все видел. – Ин вздохнула. – Так получилось.
– Не понял! – закричал Виолт, наклоняясь над креслом, в котором сидела Ин. – Не говори мне таких слов – «получилось»! Ты – профессионал! У тебя не может получаться и не получаться! – Он схватился за голову. – Боже, что мне с ней делать?
– У меня не было выхода, – торопливо начала объяснять Ин. – Меня взяли при попытке убить Ронтонте. Герцог пожелал знать имена заказчиков. Я отказалась. Они нашли блокировку в моем мозгу и не рискнули зондировать. Решили пытать болью.
– А ты? – Голос Виолта звучал уже не так сердито.
– Молчала.
– Как они это делали?
– Вводили какой-то реагент через капельницу... Очень больно... А тут нашли тело настоящей Ин, узнали про пробирки из Цетайалза. Герцог решил, что во всем виноват Радол.
– Черт! – воскликнул Виолт, сверкнув глазами. – Дальше!
– Его телохранитель Гим Церон увлекся мною. Не выдержал, видя, как я страдаю. Решил спасти.
– Дальше!
– Освободил меня. Запер амазонок. Бежали.
– Почему ты его не убила?
– Я же уже сказала, его нельзя убить! Виолт вздохнул и принялся шагать из конца в конец комнаты.
– Ладно, – сказал он, останавливаясь перед девушкой. – Что было дальше? Вы выбрались из туннеля. Как ты избавилась от эльтара?
– Никак.
– Он видел «Икар»?
– Да. Мы летели вместе.
– Прекрасно! – Виолт воздел руки и яростно потряс кулаками. – Лучше и быть не может! Она провалила все дело! Сдала всех нас с потрохами!
– Никого я не сдавала! – взвизгнула Ин. – Гим ни с кем не общался! Ни с кем не разговаривал! Все время был рядом со мной!
– Так это его уложили Венберг и Горн? – До Виолта наконец дошло.
– Да, его.
– Ну, слава богу! А где «Икар»?
– Там, где договаривались. В твоем гараже.
– Понятно...
– Да ничего тебе не понятно! – крикнула Ин. – Говорю же тебе – он бессмертный! Его нельзя убить!
– Из поляризатора? – недоверчиво улыбнулся Виолт.
– Да хоть из танка! Почему никто здесь не хочет слушать, когда ему объясняют?
– Значит, ты утверждаешь, что твой друг все еще жив? Там, в мусорном баке на окраине города?
– Может, уже и не там...
– А где же тогда?
– Откуда мне знать?
– Понятно... – Виолт вновь вздохнул и задумался.
Ин ждала, бросая испуганные взгляды снизу вверх на вспыльчивого и скорого на расправу руководителя Сопротивления.
– Значит, говоришь, он жив, – сказал Виолт. – Но, надеюсь, он у тебя на коротком поводке?
– Что?
– Что, что... Ты крепко его зацепила? Думаешь, станет тебя искать?
– Не знаю. – Ин пожала плечами. – Об этом не думала.
– А говорила про «серое вещество»! Привела за собой агента эльтаров, все ему здесь показала, а теперь– «не думает»! Что же мне с тобой делать?
Ин молча следила глазами, как Виолт, нахмурившись, ходит взад-вперед по комнате, и сердце ее все сильнее сжималось от страха.
– Да не надо ничего со мной делать! – жалобно проговорила она. – Я сделала все как нужно... Я же не...
– Помолчи! – прикрикнул на нее Виолт. – Смотри мне, если ты разжалобишь меня, если я скажу хоть одно сочувственное слово, Горн в ту же секунду разрядит излучатель в твою красивую, но пустую голову! Горн, слышал?
Над ухом Ин раздалось глухое басистое:
– Угу.
– У меня есть идея, – объявил Виолт. – За то, что ты натворила, тебя нужно наказать, и как следует. Но мы поступим иначе. Тебя не убьют, а переправят на «Луч-12».
– На строящуюся станцию? Но ведь ее должны взорвать?
– И взорвут... если герцог не передумает. Или если его не прикончат.
– Но, если я стану ждать на станции, кто тогда...
– Твой дружок. Если ты потрудилась на славу, Ин, Гим Церон явится к нам в поисках своей драгоценной возлюбленной. Я объясню ему ситуацию: хочешь спасти подружку – сделай так, чтобы герцог не трогал энергостанцию. Он приближен ко двору, пусть покрутится. Не смогла сама, сделает он!
– А что, если Гим не согласится?
– Что? Ты сгоришь на орбите Оттора. Если проболтается – тоже сгоришь. Сама думай, как его заставить делать то, что надо.
– Я не знаю... – растерянно пробормотала Ин.
– Ну, это не страшно, – с усмешкой сказал Виолт. – У тебя будет время подумать... там, на станции. Не стану дольше задерживать! Не скучай, моя прелесть!
По знаку вельможи один из мужчин за спиной девушки выстрелил ей в шею из шокера, отключая на несколько часов ее сознание. Ин вздрогнула от боли и неожиданности и повалилась на бок.
