— Петр Дмитриевич, Жила понял, что мы раскололи Сидякина. Понял, что мы будем следить за супермаркетом. И он выстрелил в другом месте. Он нас всех поимел.
Матерясь, Хохлов полез в карман за лекарствами от язвы.
Но это было еще не все.
Через час, около шести вечера, Света внезапно решила прогуляться. Опера наружки, увидев, как она выходит из дома, даже удивились.
— Куда это она намылилась? Она по воскресеньям обычно дома сидит. На б… дки никак?
— Принца-Жилу можно всю жизнь ждать, а мужик каждый день нужен, — хмыкнул его напарник и сообщил диспетчеру по рации: — Второй, это пятый, у нас пошло движение.
Света выбралась на улицу. Перейдя через дорогу, она подошла к такси со скучающим водителем, который дежурил около подземного перехода, и заглянула в машину:
— Здрасте. До центра сколько?
Когда такси, увозящее Свету, врезалось в поток машин, в радиоэфире понеслось:
— Объект взял такси, госномер Константин 757 Егор Егор. Движутся по Краснознаменной в сторону проспекта Терешковой…
— Пятый, перехватим ее у Линейной…
Сожженная дотла «дэу» стояла на пустыре около полузаброшенных складов. Сотрудники пожарного расчета скатывали рукава, закончив работу. Фокин понуро осмотрел землю перед «дэу». К нему подошел местный опер.
— Тачку вчера угнали, у нас с Мишаткина. Я сам заяву принимал.
Но Фокина беспокоило другое.
— Черт. Пожарные тут все затоптали и залили. Даже следов никаких. Огнеборцы, блин… — он повернулся к ППСнику и кивнул на склады: — А там что, ты в курсе?
— Конечно, это мой маршрут. Склады просто. Но в выходные они не работают.
— А значит, у нас даже здесь нет свидетелей, — вздохнул Фокин. — Шикардос.
Света добралась до центра без происшествий. За это время удалось выяснить, что водитель такси работает извозчиком много лет, что он не судим и — по крайней мере, на первый взгляд — никак не связан со Светой и Жилой.
В центре девушка пошла по магазинам. Посетила один брендовый бутик женской одежды, вышла оттуда уже с пакетом — после чего свернула в джинсовый магазин.
— Сидела хрен знает сколько дома, и вдруг ей в воскресенье вечером приспичило себе шмотье прикупить? — недоумевал опер наружки.
— Может, у нее ПМС?
— Когда у моей ПМС, она орет, а не лифчики закупает.
Света выбралась из джинсового магазина, неся в руках два пакета с покупками. Прогулочным шагом она, глазея по сторонам, двинулась по тротуару. Машина наружки стояла в полусотне метров. Когда Света миновала несколько магазинов, машину тронулась с места, приближаясь к девушке. В этот момент Света свернула в компьютерный магазин.
— У нее точно не все дома, — покачал головой опер наружки. — Она себе еще и компьютер покупать решила? Чего сразу не холодильник?
— Погоди, еще не вечер.
Машина наружки снова прилипла к обочине. Глядя на фасад магазина, один из оперов вдруг нахмурился.
— Стоп. Я как-то был в этом магазине. Он длинный очень, и сквозной. У него выход на параллельную улицу. Пойду-ка я проверю.
Его напарник лишь пожал плечами. Наблюдение в течение месяца за безынтересной и однообразной Светой привело к тому, что ему было уже плевать на все.
Опер наружки вошел в двери магазина. Светлый просторный зал, уходящий так далеко, что противоположного его конца за прилавками, островками с товаром и спинами покупателей было даже не видно. Опер направился вперед, выискивая глазами Свету. К нему тут же метнулся улыбчивый консультант:
— Могу я вам чем-нибудь помочь?
— Нет, спасибо.
— А чем вы интересуетесь?
Опер просто ушел, отделываясь от навязчивого консультанта. И вдруг увидел Свету. Она быстро удалялась прочь, направляясь к другому выходу из магазина. Опер наружки ускорил шаг, тихо бросил по рации:
— Дуй на параллельную, она уходит через другой выход!
Света уже исчезла за дверями. Тогда опер почти побежал. Проталкиваясь среди искусственно улыбающихся консультантов и покупателей, он добрался до дверей и выскочил на улицу.
Светы нигде не было. Пораженный, не в силах поверить, опер стремительно озирался по сторонам.
И увидел красную «шевроле-ниву», которая удалялась на большой скорости. На повороте автомобиль резко свернул так, что заскрипели шины — и исчез из поля зрения наружки.
Аксенов был в шоке.
— Как она это сделала?
— Хрен знает, — буркнул Фокин, грызя зубочистку. — Звонков на ее трубу не было. Другие телефоны она не покупала, наружка бы засекла. К ней домой никто не приходил, дверь в ее квартиру под наблюдением постоянным.
— Я офигеваю. Жила нас имеет постоянно. Во всем. Это какой-то непроходимый п… ц. — Аксенов немного помолчал. — Серег, надо брать Сиплого.
— И что мы ему пришьем? У нас только показания Сидякина, который уже давно жмур. На время убийства Сидякина у Сиплого алиби, на время разбоя тоже.
— Ты видишь другие варианты? — буркнул Аксенов, закуривая. — Света соскочила, Жила в бегах, Худого мы никак не можем вычислить, урода. У нас только Сиплый, но Жила вывел его из игры. А значит, наружка за ним не имеет смысла вообще. Надо брать урода и колоть.
Фокину позвонили на сотовый.
— Алло? Да. Сколько проверили? Девки в них не было?
