Только сейчас я отмечаю в помещении следы неплохой вечеринки. Пустые бутылки у столов, почему-то пробирки валяются рядом с ними. В воздухе пахнет алкоголем. И едва уловимо женскими духами, показывая, что была еще компания.
О, а там наверху за корешок книги зацепились женские трусики. Красные. Ха. Здорово же они тут гуляли.
- Окикиба, - позвал меня Ширю, выходя из-за полок с книгами. – Я нашел его. Лови.
Он бросил свиток, я поймал. Увесистый, из плотной бумаги, на вид старый. Заметив мой интерес к лежащему на диване шинигами, Тоске небрежно сказал:
- А, этот? Мой ученик. Забей на него, парень в порядке… Он же дышит?
- Вроде да.
- Ну, я же говорю, - пожал плечами учитель Кидо, с безразличием монотонно продолжив: – Свиток дарю, делай с ним что хочешь. Кстати, на ближайшие десять занятий можешь не ходить, тебе там делать нечего. Свободен. О, точно, поздравляю с Шикаем. И с первым местом в рейтинге класса. Молодец, здорово, ты старался, все такое. Пока.
Тихо поблагодарив, я ухожу. Учитель сегодня явно не в настроении. На бедных первокурсников он, наверное, утром произвел то еще впечатление.
С большим нетерпением дойдя до общежития, я сел на кровать и тут же открыл свиток. Первые строчки рукописного почерка встречают названием
Модификация простого Хадо под четвертым номером до мозголомного монстра, оцененного до двадцать седьмого ранга. Прочитав про себя строчки, я застонал.
И я думал, что у меня от Шаккахо по первому времени мозг плавился. Лоза безумия, кричи? Почему мои извилины тошнит, это нормально?
- Надеюсь, это что-то правда хорошее, - со вздохом начинаю разбираться в записях и транскрипциях заклинания. – Почему я вообще люблю Кидо? А, точно. Крутые взрывы, все сверкает.
Подняв себе настроение нехитрой шуткой, я ведь тоже нефига не выспался, стал серьезно учиться. Кидо не прощает ошибок.
Когда занимаешься интересным делом, еще и по распорядку, то время пролетает незаметно. Так оно и произошло со мной.
Словно страницы интересной книги из Библиотеки Академии, так же быстро перелистываются дни, недели и месяцы, складываясь в годы и курсы обучения.
На уроках сильно замедлился темп получения новой информации, приемы стали сложнее, затратнее по реацу. Особенно это казалось Кидо. К подбиранию ближе к сороковым номерам мы могли тратить месяцы на одно заклинание.
И это было обоснованно, потому что сложность давала пинка реальности всем, кто начал мнить себя крутым заклинателем. Включая меня.
Только к третьему курсу я получил на плечи ту нагрузку, которая задумывалась в порядке вещей для кого-то с приставкой «элита». Времени на свои проекты, хобби или лишнюю отработку приемов больше не было. Или появлялось редко.
Если хотел оставаться номером один – должен был быть лучше всех в том, чему учили. А потому я делал все, что и другие, но больше. Пока не доказывал, что я лучше. Прежде всего, себе.
Программа обучения за столетия была отшлифована, тут не было перегибов, чтобы мы реально сломались от учебной нагрузки, но и прежняя свобода оказалась урезана почти под ноль.
Жаловались ли студенты? О, еще как. Каждый день слышал минимум ворчание.
Кто-нибудь слышал его от меня? Ха. Ни разу.
К своему удивлению, я наслаждался этим. Получение новых знаний и умений давали мотивацию продолжать.
Духовная сила после получения уровня низшего Офицера почти стояла на месте.
Каждая новая капля силы выцарапывалась с таким трудом, будто я пытался отобрать усик у разъяренного тигра. Или откусить кусок бетона.
Это было обычным делом для шинигами. Быстрый рост силы оставьте всяким чудовищам потенциала или гибридам. Для нас, чистокровных шинигами, остается лишь простой путь совершенствования. День за днем, складывая те в годы, а капли силы терпеливо копя до океана. Когда-нибудь.
Но духовная сила все же росла, это было заметно, а потому я не отчаивался. Потому что на навыках это не отражалось, обучение зависело полностью от моих возможностей и тренировок, а не мифического потенциала или дзен чуши.
Особенно не падать духом помогал Зампакто.
Постоянное чувство поддержки и связи Цукигами… Это не описать легко словами.
Родственник или друг иногда могли сказать в трудное время – ты сможешь, не сдавайся. Это бы согрело и помогло. Воодушевило на ближайший час или типа того.
Что, если чувствовать эту поддержку всегда? Каждый день недели, каждый час, явственно ощущать и знать – кто-то верит в тебя всем сердцем.
Зампакто стал мне ближе, чем любой друг, ближе, чем брат. Я доверился ему в ответ с такой же открытостью, с какой он верил в меня.
