Я не в их числе. Воодушевление наполняет меня, когда вместо формы Академии я в своей комнате надеваю облачение шинигами – шикахушо.
Созданное Покровительницей Ткачей облачение для Богов Смерти смотрится на мне великолепно.
Я неплотно запахнул косодэ на груди, оставив место для вентиляции в жару. Ткань плотная и крепкая, не просто что-то обычное. Шикахушо шинигами противостоит энергии Пустых, не давая ауре страха заражать души воинов Готей 13.
Белая подкладка, ситаги, прохладна и приятна, на коже ощущается как чистый шелк, нигде не натирающий и хорошо скользящий при резких движениях, не цепляясь. Разительный контраст с мешающей формой студента.
Я приладил зампакто к черному поясу, подошел к зеркалу на шкафу. Встретил в отражении уже совсем другого Судзина, чем пришедшего сюда шесть лет назад.
Я на голову выше, остановившись на где-то около приятных метра восьмидесяти. Отодвинул полу кимоно, ухмыльнулся. Четкие линии мышц груди и пресс, словно вырезанный в гладком дереве.
Чувствую такие же мускулы по всему телу. Тугие волокна силы и взрывной скорости, выкованные для любого боя, в которое я брошу это тело.
Шесть лет кропотливых усилий, пролитого пота и крови выковали тело воина, достойного любой мясорубки на мечах.
Волосы в легком беспорядке, на кончиках едва светлея. Стала медленно проявляться фамильная седина. Это не старило, просто выделяло. Я уже не такой обыденный и обычный, в толпе не потеряюсь.
Лицо потеряло последнюю юношескую мягкость, став резким ликом молодого мужчины с четко очерченной челюстью. Только мягкая полуулыбка сглаживает резкость… Но не до конца.
Карие глаза смотрят в отражение слишком проницательно, притягивая к себе медовым цветом, но пряча за теплотой резкость. Мне самому трудно удерживать ставший таким тяжелым взгляд.
Я был таким милым, наивным сопляком, когда пришел сюда в первый раз. С теплотой внутри я смотрю на комнату и следы, оставленный мной тут за годы проживания.
Не до конца затертое старое пятно от чая на татами у столика. Едва видные царапины в лаке столешницы, там, где обычно стояли кружки. Отколотая щепка на боку кровати, случайно врезался зампакто, спросонья зачем-то желая поглядеть на лезвие. Щель в дверце шкафа, с годами чутка перекосилась.
Десятки следов, показывающие, что я тут был, я здесь жил.
Но всегда настает пора прощаться. Вздохнув, я присел на дорожку. Некоторые ритуальчики остаются со мной навсегда. Помолчал минуту. А потом встал и пошел на выход.
Прощай, мой дом в Академии. Мы больше не встретимся.
Через час я стою в первом ряду из больше, чем двух сотен шинигами. Площадь перед главным зданием усеяна чернотой новых шикахушо.
Наверх подняты знамена с символикой тринадцати Отрядов. Учителя стоят под ними, возглавляемые новым директором – старым шинигами с морщинистым лицом и упрямым взглядом. Он смотрит на нас не моргая, без лишних эмоций отправляя в дальнейший путь.
И вместе с ними – шинигами из Готей 13. Офицеры разных Отрядов.
Директор вышел вперед, развернул белый свиток с золотистой бахромой и сильным, чистым баритоном начал Церемонию Присяги.
- Перед лицом Короля Душ и Совета 46, в вечной преданности Законам Общества Душ…
Набран воздух в грудь, до упора, разомкнулись губы. Грянули сотни глоток в унисон:
Мой голос тоже был там, проникая в небо единым ревом вместе со всеми твердо и четко. От всего этого по спине бегут мурашки, но я не показываю дискомфорта, глядя ровно на директора.
- …не отступать перед врагом ценой своей жизни…
Всего тринадцать положений Церемонии были отвечены воодушевленными голосами. И когда грянуло последнее:
На площади воцарилась тишина.
Свиток свернут в морщинистых руках директора. Он поднял глаза и с гордо приподнятым подбородком объявил:
- Поздравляю всех вас со вступлением в Готей 13. С этого момента и до конца жизни, все вы – Шинигами. Служите честно. Служите верно. На этом Церемония Присяги заканчивается. Офицеры разберут вас по Отрядам.
Он едва заметно улыбнулся, с нотой теплоты закончив:
- Прощайте, ребятки. Берегите себя.
И двух секунд не прошло, как ко мне лично подошел Офицер. Рослый мужчина с широкими плечами и зампакто на поясе. Черные волосы идеально причесаны с пробором на левой стороне, за узковатым разрезом век на мир смотрят умные черные глаза. На черном воротнике косодэ едва заметно вышит черными нитками цветок – Ирис.
- Окикиба Судзин, - с уважительным тоном кивает мне шинигами. – Меня зовут Ясухиро Хаси, я пятый Офицер.
- Приятно познакомиться, - любезно отвечаю ему.
Мы чуть поклонились друг другу. После чего он уже более неофициально улыбнулся и сказал:
- Добро пожаловать в Седьмой Отряд.
Шаги шестнадцати шинигами звучат на каменных плитках Сейретея. Одного Офицера и пятнадцати новоиспеченных бойцов с Пустыми.
Ясухиро не торопится, ведет нас неспеша. Идти недалеко, территория Седьмого Отряда практически граничит с территорией Академии.
