— Для начала нужно переговорить с Избранным. Следующие несколько дней нас не допускали к Лаодису. В слюне неизвестной твари оказался яд, что постепенно отнимал его силы, и теперь лекарям приходилось не только нейтрализовывать действие яда, но и заделывать образовавшиеся дыры в магических жилах. Мальчик мучился, но умирать не собирался. Оаленн, разозлившись, что я дала столь невыполнимое и глупое обещание, игнорировала меня три дня. И даже Хэл вел себя странно, следуя по пятам за обозленной эльфийкой, словно цепной пес. Мне оставалось лишь прогуливаться по Школе, изредка забредая на всевозможные занятия. Но если учителя в основном игнорировали сам факт моего существования, был один, который не упускал ни единой возможности подобраться поближе. Как ни старалась, я не могла не ходить на уроки Гловиса, ведь практические занятия были самым интересным из всего здесь увиденного. Тогда как на происхождении леших, водяных и прочих существ я безбожно клевала носом, Гловис умел заинтриговать, а полученные знания откладывались на нужных полочках. Единственное, что учитель не стеснялся вызывать новенькую на всеобщее обозрение класса, дабы та продемонстрировала полученные умения. А демонстрация не всегда проходила успешно. Но и здесь нашлись помощники. Не без корыстных побуждений, разумеется. Двое студентов с четвертого курса обучения — Лиззи и Маис. Еще молодые, отправившиеся в Школу Магии, едва им исполнилось по четырнадцать. Лиззи — симпатичная девушка с рыжими кудряшками — ангельское создание и скромница, каких поискать, положила глаз на красавца мужчину, прибывшего со мной. Не проходило и встречи, когда она не просила бы меня поговорить с другом, выведав все подробности личной жизни и планов на будущее. Я честно кивала, опуская тот факт, что Хэл является клыкастым кровососом (мужчина предпочитал скрывать свое происхождение и по сей день). Маис же находился рядом лишь по одной причине, которой являлась симпатичная девушка с рыжими кудрями. Он просто не мог осмелиться признаться подруге в нежных чувствах, продолжая следить и охранять издалека, ведь девушка явно ни о чем не догадывалась. А я и не вмешивалась. Не мое дело. Хотя однажды, когда Маиса уж слишком перекосило от ревности к Хэлу, я все же шепнула ему на ухо, что даже под страхом смерти не позволю Хэлу и Лиззи быть вместе. Друзья активно помогали с объяснением изучаемого на уроках Гловиса материала. Указывали на ошибки и старались, как могли, исправить их. Конечно, предлагаемые учителем частные уроки были бы куда эффективнее, но нахождение наедине с телепатом все еще не казалось столь хорошей идеей. Хотя и во время занятий Гловис прекрасно перекапывал чужие мысли. Когда лекари, наконец, позволили увидеть Лаодиса, мы впервые за долгое время снова собрались вместе. Молодой маг выглядел плачевно. Лицо осунулось и побледнело, хотя раньше казалось, что бледнее статься уже не может, а кожа отливала синевой. Как объяснил лекарь, это одно из последствий яда, но вскоре оно пройдет и к мальчику вернется его прежний цвет. Разговаривал Лаодис медленно и неохотно. Слова давались с трудом, а глаза неумолимо закрывались, затягивая его обратно в спасительный сон. В частности виной тому были лекарства, в большинстве своем содержащие успокоительные и снотворные сборы. По словам лекаря, понадобится еще не один день, чтобы поставить мальчика на ноги. Впрочем, это давало нам определенные преимущества, ведь можно попробовать убедить молодого мага, что его сестра хорошо устроилась, и мешать ей не имеет никакого смысла.
— Мне нужно его обтереть, — кашлянул лекарь, убирая свои записи, которые еще недавно пополнял новыми данными, и демонстративно взял тазик с водой с прикроватной тумбы. — Попрошу всех покинуть помещение. Оаленн прошла вперед, увлекая за собой вампира. Я же в последний раз обернулась, взмахнув на прощание, когда внимание привлекала одна деталь. Сейчас я понимала, что что-то уже давно не давало покоя, но никак не получалось уловить что именно. Лекарь стянул с мага рубашку, аккуратно сложив у изножья кровати, когда краем глаза заметил, что комната все еще не пуста.
— Что за распутная девица! Велел же всем выйти!
— Лаодис, а где он? Где твой кулон? — полностью игнорируя еще больше взбеленившегося лекаря, я ступила навстречу мальчику, который уже из последних сил сражался со сном.
— Что?
— Капля на кожаном шнурке. Где она?
— У сестры, — тяжко выдохнул маг. — Я отдал его… перед тем как мы расстались. Далее последовала некоторая перепалка, возникшая между мной и работником лазарета при Школе, после чего неизвестным образом я оказалась за закрытой дверью в коридоре. Оаленн не обрадуется новостям.
— А что если мне просто прийти к Диоле и попросить отдать кулон?
