-Вампир… - только и прошептала она, как будто одно единственное слово могло оправдать всё, что творилось в ликующих душах…
***
Но их ликование было не вечно. Буквально на следующий день настроения крайне изменились. Лай изнемогал от того, что преследовало его уже долгие годы – от жгучей боли в руке, от шрама, оставленного ему в подарок митисийцами. Боль сводила с ума, едва не доводила до обмороков. И сегодня это впервые случилось.
Илзе долго бегала вокруг него, стараясь привести в чувства. К счастью, всё длилось недолго, и вскоре он очнулся, испуганный, долго не мог понять, что и почему так произошло. Отчего он лежит на полу, когда на дворе уже давно сияет день… Рассказы Илзе казались мало убедительными, вампир даже думал, что его отравили, но, разумеется, не сказал и не подал виду таким мыслям.
Он привык прижимать левую руку к туловищу и почти ничего ней не делать. Привык, но часто нарушал свой «закон», хотя сейчас каждое лишнее движение было ему противопоказано. Лежал почти весь день на своём излюбленном камне и истоптал пушистую шкуру, отчего сам почти весь был теперь в изломанном ворсе.
Его состояние обострилось после того странного случая с медведем, а, наверное, из-за всего сразу. Стрелы, эмоции, переживания, – да мало ли что могло повлиять?
Она сидела рядом. Читала какую-то книгу и изредка комментировала её. Он тоже не лишал себя возможности сказать пару слов. Смотрел в высокое окно и порой ни о чём не думал. Перед глазами почему-то возникал Митис. Его маленькие обветшалые домики, пыльные грязные улицы, настолько тонкие, что можно было с лёгкостью наблюдать в окно – смотреть, чем занимается сосед, следить, выискивать что-то, чтобы после, допустим, украсть. А ещё запах – сено, лошадиный пот, не высохшая ещё горячая глина, хлеб… Всё это было далеко и теперь ему лишь вспоминалось.
-А где твои другие книги? – вдруг спросила она и встала. Лай неопределённо махнул рукой и снова обхватил правой рукой больную. Девушка сделала пару шагов и в недоумении посмотрела на него.
-Где?!
Лай снова махнул.
-Да прямо перед тобой!
И тут же из камня выехала небольшая глыба. Она распахнула свои ларцы, до верха набитые большими и обтрёпанными книгами. Местами, позолоченными, с яркими и блестящими камнями в кожаном переплёте.
-Ну, ты даешь! На дворе уже 13 век, а ты! Неужели нельзя было сделать нормальный сундук?
Лай лишь засмеялся, подошёл к каменным полкам и любезно погладил их рукой.
-И пусть 13. Мне нравится так, - демонстративно смахнул пыль, и та, кружась и подрагивая, полетела вниз, большие паутиноподобные хлопья осели за маленькой грядой сталагмитов и скрылись в узенькой трещине – пещера тотчас засосала в себя весь мусор, и пол стал таким же чистым, как прежде. Это заставило её улыбнуться – улыбка сама собой расползлась по лицу и залила щёки румянцем. Илзе сделала шаг ближе, коснулась его руки и впилась своим коричневым взором в глаза. Былой гнев растворился, как ветер.
-Пещера сама убирает за собой. Очень удобно…
-К чему ты это говоришь? Не надо оправдываться… - тихо прошептала она, незаметно обхватив его рукою за плечи и касаясь носом воротника.
-Я говорю, как есть…
Девушка улыбнулась и коснулась его щеками. Он задрожал и точно замер, а после нежно коснулась холодных губ.
-Прости. Вырвалось нарочно… - вдруг осеклась она и отпрянула. Отвернулась, наивно полагая, что молчание здешних таинственных стен скроют этот случай своею тьмой, но ошиблась – так было всегда, так случилось и снова. Ален всегда был начеку и подобного пропустить, и не увидеть просто не мог… Другое дело, что он молчал, сливаясь с тенями сталагмитов, но это не значило, что ему было нечего сказать. Демон хмыкнул, на короткий миг отвёл глаза в пол. Какой-то странный осадок появился у него в душе после этакого видения. И этот осадок ещё долго терзал его своим слащавым вкусом. Древняя боль будоражила зажившие раны…
***
Митисийцы были начеку уже давно. Их обострённые чувства точно ждали победного дня, они думали, когда лучше выйти из заточения, как лучше ступить. Они разрабатывали планы, пересказывая их друг другу и искажая почти полностью, а по сути – просто хотели найти Тёмного и убить.
-Он живёт среди тех холмов! – сказал однажды мужичок, неопределённо махнув куда-то за горизонт.
-Алзарных?
-Да, именно их!
-Мы думали, это просто легенда…
Отхлебнул ещё немного из своей чарки и даже позвал коня.
-Куда же ты пойдёшь, Роберс? Там одна степь да луга с озёрами…
Мужик не стал и слушать. К вечеру он вернулся, и на лице на месте огромной бороды сияла довольная улыбка.
-Я нашёл его! Можем выступать с рассветом! Я не ошибся! Не просчитал!
Но мало кто верил пьяному крестьянину, люди слушали, запоминали и думали. Разумеется, они были согласны и давно мечтали избавиться от тёмного властелина, но многие воспринимали это не серьёзнее лепета детей, так как боялись его и думали, что зло всегда было и будет сильнее, говоря попросту, что им не победить.
-Как ты узнал, что это он? Тёмного ещё никто не видел…
Мужика обступили любопытные люди, а тот принялся за рассказ:
