Если на Рождество случаются чудеса, думалось ей, то, может быть, и отец решит вернуться домой! Конечно, она просит у Санта-Клауса слишком многого. Но сама мысль о том, что маме придется провести праздник в одиночестве, была Лии невыносима. Ах, если бы не сломался телефон!
Отогнав прочь грустные мысли, Лия приняла душ и села за макияж. Легкий крем-основа и немного румян изгнали остатки болезненной бледности. Глаза Лия подвела темно-коричневым карандашом, а веки покрыла нежными бронзовыми тенями. Но изюминкой ее макияжа стала яркая помада, подчеркивающая чувственную полноту губ.
Скользнув в алое платье, Лия вспомнила вдруг, как смотрел на нее в этом платье Шон. Можно ли забыть его ласки, поцелуи.., и то, к чему они привели?
"Готова ли я пережить это еще раз?" - спросила она у своего отражения в зеркале. И в глубине фиалковых глаз, в золотистом сиянии зрачков прочла ответ: "Да, готова. Именно этого я и хочу".
Впрочем, Лия не хотела выглядеть точно так, как в тот вечер. У незнакомки, которую Шон принял за невесту брата, волосы были собраны в тугой узел. Сегодня же Лия распустила их по плечам.
Вот она и готова. За стеной замолк шум воды - Шон вышел из душа. Значит, пора спускаться.
Повинуясь внезапному порыву, она бросилась к сумке. Порывшись в боковом отделении, достала затейливо перевязанный сверток - рождественский подарок, предназначенный для кого-нибудь из старых друзей. Ничего особенного - так, пустячок. Но Лия чувствовала, что он подойдет к случаю.
Подарки полагается класть под елку, но елки не было, и Лия положила сверток на угол каминной полки, под сень остролистовых ветвей. За дверью послышались шаги. У Лии заколотилось сердце, словно у школьницы на первом свидании. Обернувшись к дверям, она изобразила сияющую улыбку.
Но улыбка сползла и рот приоткрылся в изумлении, едва она увидела Шона: так прекрасен и величествен был он в темном костюме, белоснежной рубашке и шелковом галстуке. Лия еще ни разу не видела его в таком официальном наряде; на мгновение ей показалось, что это сон.
Она успела забыть, что Шон - не обычный человек. Но теперь вновь увидела в нем недоступную звезду телеэкрана, знаменитого красавца, чьи фотографии украшают журнальные развороты, чье появление на громкой премьере или киноконкурсе становится газетной сенсацией. И этот человек ухаживал за ней во время болезни и даже... Лия вспыхнула при воспоминании о том, как он помог ей вымыться.
- Ну как, я вас не разочаровал? - прервал молчание Шон.
Лия молча помотала головой - избыток чувств мешал ей заговорить.
- Вы меня тоже, - негромко произнес он. Взгляд - как ласковое прикосновение, глаза - темные озера желания. Он взял ее за руку.
- Я почти готов... - Тряхнув темноволосой головой, он оборвал себя на полуслове. - Присаживайтесь. - Он галантно подвел ее к камину. - Посидим немного здесь, выпьем перед ужином. Что вы предпочитаете? Шерри? Или...
- Шерри, если можно, - ответила Лия хрипло и с запинкой, словно разучилась говорить. Казалось, ею снова овладела болезнь: из озноба кидало в жар, из жара - в озноб, руки дрожали, на лбу выступил холодный пот.
Теперь она понимала, что задумал Шон. То, что недавно предлагала и она. Начать сначала, вести себя так, словно они незнакомы и это их первое свидание.
Шон стал расспрашивать ее о детских годах, о книгах, о музыке. Сперва Лия робела и отвечала односложно, но вино и дружелюбие Шона помогли ей расслабиться, и скоро она уже сама задавала вопросы, перебивала Шона и звонко смеялась его шуткам.
- Расскажите мне о своей матери, - попросила она, когда они сели за стол. - Вы говорили, что она очень тяжело переживала уход мужа. Но в конце-то концов утешилась?
- Очень не скоро. Почти двадцать лет она была безутешна. Но наконец встретила человека - кстати сказать, намного моложе себя, - который сумел вернуть ей вкус к жизни. Они поженились в этом году, в августе.
- И вы не возражали?
- С чего бы? Потому только, что он всего на несколько лет меня старше? Какое это имеет значение? - пожал плечами Шон. - Он подарил ей радость - вот что важно, а не то, девятнадцать ему или девяносто. Пусть хоть кому-то из нашей семьи повезет в любви.
Эти слова напомнили Лии о вопросе, который она уже давно хотела задать Шону.
- Вы говорили, что начали встречаться с другой женщиной... - робко заговорила она.
Шон вздернул голову, меж бровями пролегла глубокая морщина.
- После Марни? Это длилось недолго.
- Вы порвали с ней?
Она не понимала - точнее, боялась понять, - почему с таким страхом ждет ответа.
- Нет, она сама порвала со мной, - ответил Шон, наливая себе в бокал красного вина. - После катастрофы.
- Из-за шрама?! - ахнула Лия. Ей не верилось, что женщина может быть способна на такую черствость.
- Из-за того, что означает для меня этот шрам. - Шон невесело рассмеялся, горько скривив рот. - Конец карьеры. Ни ролей, ни рекламы, ни славы секс-символа. А быть женой обыкновенного человека она не желала.
- Какой ужас!
Шон снова равнодушно пожал плечами.
- По крайней мере, она была честна со мной.
- Значит, она ни капли вас не любила!
