– Думаете, я шучу, да? А вот и ничуть не бывало. Я прямо-таки обалдел. «Черт возьми, лихо! – воскликнул я. – Слыхал, что ты умер!» Его едва удар не хватил. «Ты! – закричал он. – Проклятый Ду-Хоппи!» Он так сказал и побелел. Ну совсем как привидение. «Ну и ну, – продолжал он. – Как же я не узнал тебя раньше. Ведь уже лет пять прошло. Святые угодники!» – «Да уж почти десять, приятель, – возразил я. – А ты все еще жив и здоров. Кое-кого это может заинтересовать». Мои слова здорово его напугали! «Не бери в голову, приятель, – сказал я ему. – Помнишь, что я говаривал в былые времена? Не буди лихо, пока оно тихо». И это ему тоже не понравилось. «Прикрой-ка свой рот!» – рявкнул он и убежал точно ошпаренный.
Берди вспомнила, с какой злобной усмешкой говорил тогда старик. Она улыбнулась в ответ и уже хотела уйти. На светофоре как раз загорелся зеленый свет.
– Эй, не хотите услышать конец?! – прокричал Ду-Хоппи ей вслед. – Я ведь еще не рассказал самое смешное! Никогда бы не поверил, если бы не увидел собственными глазами! Разрази меня гром, если он не…
– Я немного тороплюсь, Ду-Хоппи, – поспешно произнесла Берди. – Хочу успеть перейти дорогу, пока горит зеленый. У меня важная встреча. Увидимся завтра.
Лицо старика тут же утратило былую живость. Он пожал плечами и поправил прикрепленный к поясу кошелек.
– Поступайте как знаете, – пробормотал он.
– Завтра я вас обязательно выслушаю, Ду-Хоппи. Берегите себя. – Берди помахала рукой на прощанье, но старик лишь недовольно погрозил пальцем.
С неприятным осадком на душе, Берди перешла дорогу. Ей не хотелось разочаровывать старика. Но она действительно опаздывала и намеревалась выслушать его рассказ завтра.
Однако на следующий день, к тому времени как она достигла его привычного места, Ду-Хоппи был уже мертв. Совпадение? Возможно. Только она так не думала.
Внимание Берди привлекли громкие голоса на противоположной стороне Грив-стрит. Седой торговец цветами выговаривал на итальянском молодому человеку, который, взяв пару ведер с цветами, стоял на переходе у светофора и время от времени что-то нетерпеливо выкрикивал в ответ.
Загорелся зеленый свет, и Берди отошла в сторону, чтобы дать дорогу молодому человеку. Он оказался коренастым, смуглым и не таким уж молодым, как казалось издалека. Поставив ведра на то же место, где раньше располагалась стойка с газетами, он пинком отбросил в сторону лежавший на тротуаре букет.
Старик на противоположной стороне вновь что-то закричал. Итальянец ответил и подмигнул Берди.
– Старик совсем выжил из ума, – пояснил он. – Ведь это место свободно, верно? Так почему бы его не занять? На нашей стороне улицы совсем нет торговли.
– Почему? – поинтересовалась Берди, с любопытством наблюдая за бессильным гневом старика, не решающегося покинуть свой прилавок и побежать вдогонку за непутевым помощником.
Женщина, спешащая к переходу, заметила ведра с цветами, достала кошелек и купила букетик маргариток. После этого она быстро двинулась дальше, довольная собой.
– Видите? – победоносно произнес захватчик торгового места. Он нагло показал кукиш своему работодателю, стоящему без покупателей у своего лотка, и вновь повернулся к Берди: – Наш угол теперь совсем опустел. Ни сигарет, ни еды, поскольку все магазины снесли. Люди предпочитают ходить по этой стороне улицы. Покупают курево и еду навынос в «Голубой лагуне», а на Джарвис-стрит переходят на следующем светофоре. Наша лавка перестала приносить доход. Я изо дня в день повторяю это своему престарелому тестю. Но он боится нарушить закон.
Итальянец прервал тираду, чтобы обслужить еще парочку покупателей.
– Ну вот, – произнес он, качая головой. – Три букета за пять минут. А у него ни одного. Видите?
Берди кивнула, наблюдая за тем, как он заворачивает еще один букет маргариток.
Старик на противоположной стороне улицы не выдержал. Вцепившись в кошелек обеими руками, он бросился к переходу. Тяжело дыша, он пересек улицу и едва не попал под колеса к велосипедисту-курьеру.
– Возвращайся, Джонни, – пробормотал он. – Говорю тебе, у нас нет лицензии. Нужно торговать на своем месте. Ох и навлечешь ты на мою голову неприятностей!
– За несколько минут у меня купили четыре букета, отец. А сколько продал ты? Ничего!
– Но ведь это место Ду-Хоппи. Нам никто не разрешал здесь торговать. Возвращайся.
– Его здесь больше нет, отец. Он умер. – Молодой человек кивнул на потрепанный букет роз. – Ты положил их сюда?
Старик замялся.
– Ну и что с того? Имею право. Он мой друг и розы тоже мои.
– Он умер, отец. Так какой смысл?
Старый торговец поджал губы и пожал плечами.
Берди сделала шаг вперед.
– Вы вчера ничего не видели?
Старик прищурился.
– Я уже говорил с полицией… Вы из газеты?
– Нет. Просто подруга Ду-Хоппи.
Старик вновь пожал плечами.
– Все дело в грузовиках. Из-за них я ничего не видел.
Джонни многозначительно постучал себя по глазам.
– Стареет, – тихо обратился он к Берди.
– А вы заметили что-нибудь вчера? – спросила та.
Джонни отвернулся, чтобы красивее расставить цветы в ведрах.
