Перед Рождеством возможно все: заглянуть в случайно открытый салон вечерних платьев - и превратиться в Золушку, попасть на бал - и узнать, что никакого бала не было, переместиться на 80 лет назад - и убедиться, что путешествий во времени не бывает. Рассказ для тех, кто еще помнит, что такое романтика, но уже в нее не верит.
1
Все магазины в этом скандинавском городе в семь вечера были уже закрыты, и когда Ольга увидела витрины и стеклянную дверь, светящиеся теплым медовым светом, то удивилась: неужели кто-то решил пренебречь установленным порядком, да еще накануне Рождества? Еще удивляло то, что магазин находился в каком-то тупичке за Пороховой башней, куда и днем редко забредают туристы, а в такое время суток и подавно никого нет, вот разве Ольга заглянула случайно по дороге в хостел. Но подойдя ближе, Ольга убедилась, что зрение ее не обмануло: магазин был открыт, и, судя по нарядам на манекенах в витрине, предлагал одежду для торжественных случаев.
Ольга тронула дверь - и тотчас раздался нежный звон колокольчика. Едва она вошла, как навстречу ей шагнула хозяйка салона вечерних платьев - высокая дама с изящной фигурой и рыжеватыми волосами. Ее лицо с правильными, четкими чертами и ярко-синими глазами казалось бы относительно молодым, если бы не множество мелких неглубоких морщин, рассекавших сухую кожу. Сколько лет этой даме, Ольга так и не поняла: ей могло быть с равным успехом и шестьдесят, и восемьдесят.
Хозяйка заговорила с Ольгой по-английски, видимо, сразу угадав в ней туристку, и предложила пройти, как она выразилась, в "главный зал". Ольга согласилась, в основном потому, что неловко было отказываться - и не пожалела. В хорошо освещенном помещении, благоухавшем хвоей, мандаринами и немного корицей (самые новогодние запахи!), на манекенах и позолоченных вешалках красовались сотни вечерних великолепных платьев всех цветов и стилей. Одни напоминали древнегреческие туники своими изящными складками, другие, с пышными кринолинами и украшениями из искусственных цветов, вызывали в памяти эпоху рококо. Там были платья, сплошь расшитые бисером или жемчугом, и наоборот, лишенные малейшего декора, доходящие в своей сдержанной элегантности почти до аскетичности; были платья яркие и черно-белые, подходящие для юных дев и для зрелых матрон, рассчитанные на блондинок и на брюнеток. В вихре этого великолепия мужские фраки и смокинги как-то терялись, хотя и их было в зале немало. Одним словом, это был самый богатый салон вечерних нарядов, который только можно было представить.
Ольга как зачарованная переходила от одного ряда к другому, и вдруг заметила его - бархатное платье в пол насыщенного фиолетового цвета с шифоновыми рукавами, скроенное по косой, совершенно в духе 1930-х. Ей всегда нравился этот цвет, и рука невольно протянулась к вешалке. Рядом стояло огромное зеркало в старинной позолоченной раме, и Ольга, взяв платье, приложила его к груди - просто проверить, пойдет ли ей этот цвет.
- Это ваш цвет, - уверенно сказала хозяйка, - даже не сомневайтесь.
В самом деле, фиолетовый оказался Ольге очень к лицу: на его фоне ее светло-пепельные, тусклые волосы вдруг стали казаться золотистыми, бледноватая кожа лица - фарфоро-белой, а серые глаза приобрели бирюзовый оттенок. Магия, да и только.
- Вы обязательно должны примерить это платье.
- Простите, но я зашла случайно и не собираюсь ничего покупать, - смутилась Ольга.
- Ничего, не купите сегодня - купите в другой раз. Это платье только вчера привезли, и мне хотелось бы увидеть, как оно сидит на фигуре. А вы сделаете ...как это называется? Селфи.
Как ни странно, именно упоминание селфи убедило Ольгу. Когда она, переодевшись, вышла из примерочной и встала перед зеркалом, то на миг не узнала себя. Вместо заурядной женщины средних лет из зеркала в золотой раме на нее смотрела молодая стройная красавица, изысканная и утонченная. Словно желая сделать картину завершенной, хозяйка быстренько отыскала и подала Ольге атласные бальные туфельки на высоком каблуке, а голову увенчала тиарой с золотистыми камнями.
- Это платье создано для вас, - сказала хозяйка, и Ольга не могла с ней не согласиться.
- А сколько оно стоит?
- Три тысячи евро, но сегодня в магазине акция к Рождеству, плюс я готова вам дать личную скидку, так что платье обойдется вам всего в две тысячи четыреста евро.
Вспыхнувшее оживление погасло: таких денег у Ольги с собой не было, да и не могла она выбросить такую за сумму за вещь, которая, по сути, ей не нужна. Некуда ей ходить в вечерних платьях в стиле ретро. А жаль. Давно она с таким удовольствием не смотрела на свое отражение, давно не ощущала себя такой привлекательной. Только и остается, что сделать парочку селфи, переодеться и вернуть платье хозяйке.
Едва Ольга сфотографировала себя, как раздался звон колокольчика - на этот раз веселый, задорный. Хозяйка поспешила к двери и через несколько минут вернулась в обществе полного высокого господина с круглым лицом и седоватыми короткими волосами. Они о чем-то оживленно беседовали. Хотя Ольга и не понимала ни слова, но ей показалось, что мужчина не то жаловался, не то объяснял, а хозяйка его уговаривала.
- Это мой добрый знакомый, господин Герберт, - сказала хозяйка уже по-английски, и высокий господин склонил голову в поклоне. Ольга сочла, что и ей нужно представиться.
- Очень приятно, Ольга.
