— Простейший датчик, нацеленный на обнаружение магии Сиятельных. Благо, она хорошо различима в общем магическом рисунке, — он говорил быстро, сбивчиво, но в то же время чётко. И было заметно, что Мастер не пользуется готовыми выводами, а прямо сейчас, рассуждая вслух и разбираясь в показаниях приборов, пытается найти решение. — Корабль движется на неё. И как только доберётся до нужного места, рухнет. Не поздоровится и нам и, особенно, тем, кто под нами окажется. Я мог бы попробовать провести другой манёвр, но энергии на это нам не хватит, установка, её дающая, отключена. В данный момент мы идём на последних каплях, оставшихся в конденсаторах.
Быстрый взгляд на экраны, где, довольно условно и без подробностей, отображалась окружающая местность, (Шерил ещё в тот момент, помнится, подумала, что прорезанные в полу окошки были бы намного эффективнее), подтвердил первичные выводы. Они действительно двигались в сторону войска Ияннорира, более того, именно туда, где расположились Сиятельные маги. И Лейв в том числе. Что он собирался сегодня быть на поле боя, Шерил знала довольно точно.
— Нужно запустить энергетическую установку, — Мастер Азорра видел единственное решение проблемы.
Шерил не стала дожидаться приказа. Диспозиция была ей понятна, собственная роль в предстоящем мероприятии тоже. Даже о том, что до «ядра» ей ещё нужно добраться, а это может быть непросто и небезопасно, не подумала. Хорошо, что остальные были не такие безбашенные — следом за нею выскользнула пара парней и Никея, которую в этот момент тоже некому было удержать.
И хорошо, что увязались, потому как в одиночку до «ядра», она бы точно не добралась: у него была своя охрана, которая, согласно распорядка, на общую тревогу и прочие шумы дальнего боя, которые наверняка до них долетали, не реагировала — занималась исключительно тем, что сторожила вход в вверенный им объект.
У входа в сферический лабиринт она оставила своих сопровождающих в компании двух трупов и дальше побежала одна. При отключенном от общей питающей сети «источнике», тлетворное воздействие гегейргонской магии не ощущалось, но она-то планировала опять ввести его в работу и пусть уж друзья в этот момент находятся подальше. А то Никея вон, уже тяжело дышит после их забега по уровням и неловко зажимает пару обильно кровоточащих порезов, да и парни имеют вид потрёпанный.
В лабиринте она немного заблудилась, но не фатально. Да, собственно, не так уж сложен он был: придерживайся направления движения на центр и рано или поздно придёшь к энергетической установке. И вероятность встретить здесь кого-то постороннего минимальна. И главное, двигаться, двигаться быстрее, потому что каждая уходящая секунда, это чьи-то жизни. В массивные раздвижные двери она буквально уткнулась, впечаталась ладонями и только что не въехала носом. Перебрала висящие у пояса рунные печати, которые должны были сыграть роль отмычек, быстро отыскала нужную и рывком раздвинула тяжёлые створки. Быстро, просто и довольно легко — вариант вскрытия запоров «ядра» был отработан на тренировках до автоматизма и вот, пригодился. Такой же круглый зал, разве чуть больше того, что она уже видела, пол — целиковый рунный знак, спаянный из толстых металлических полос, сложный, рельефный и не одно, а целых три смертных ложа, словно бы являющихся частью этого сложного знака.
И в этот момент, владевшее ею настроение, которое и боевым безумием не назовёшь, потому как рассудок остаётся холоден и ясен, схлынуло. Разом заныло побитое тело, дыхание подпёрло, в глазах вскипели слёзы, голову сдавило словно железным обручем и понадобились все её душевные и физические силы, чтобы заставить себя сделать ещё один шаг. А потом ещё и ещё один, и вот она уже сидит у изголовья одного из постаментов, стараясь вновь запустить энергетическую систему корабля. И при этом старается не смотреть на обнажённые тела. Вроде бы человеческие. Нет, нет, не смотреть, иначе она сейчас расклеится и не сможет сделать ни-че-го.
Ей не впервые проходилось сталкиваться с тем, что люди способны натворить друг с другом. Поле боя вообще не место для людей со слабыми нервами. Но почему-то именно от этого доживания в качестве придатка прибора веяло какой-то противоестественной, запредельной жутью. И, наверное, честнее было бы просто убить бедолаг, но даже лёгкой смерти она им даровать была не способна. Права не имела.
Однако же гул механизмов, приводящий корабль в движение и воспринимавшийся ранее как фоновый шум, стал намного ровнее. Громадный механизм дёрнулся, меняя направление движения, это было ощутимо даже для находящихся внутри пассажиров, и вновь поплыл медленно и плавно.
Почему его приняли за настоящего живого доисторического монстра, Алишер так и не понял. Конечно, все управляющие механизмы, вопреки местной традиции, находились внутри, а не снаружи и стороннему наблюдателю видны не были. Но движения у этой туши, на пристрастный взгляд менестреля, были какие-то совершенно кукольные. Хвост ещё этот сзади тряпкой волочится.
