Утро медленно, но верно вступало в свои права. Из высоких стрельчатых окон лился нежный бледно-розовый свет. Мягкие полутени ложились на пол, вычерчивая причудливые узоры. Бессонная ночь начала уже сказываться. Я устало зевнула и направилась на четвёртый, последний ярус тюрьмы. Он давно уже не использовался как жилой, все пленники были перемещены на нижние два яруса. Не считая того старика из подземного яруса, о котором говорил Гейл, но он решительно отказался переезжать, поэтому и остался там. А на четвёртом ярусе не было никого и только ветер блуждал по опустевшим коридорам и комнатам. Я поднялась в свою комнату и огляделась. В окне не было стекла, и в самые суровые холода я прикрывала его толстой тканью от проникающего внутрь мороза. В углу стояло уютное, хотя и несколько потрёпанное кресло, которое я когда-то утащила из библиотеки. У стены я устроила нечто вроде ложа из шкур и покрывал — некоторые из них дала мне Герда, некоторые я сама забрала из пустующих комнат. Весь пол был завален книгами, образующими угрожающе накренившиеся пирамиды. Я осторожно пробралась через завалы и подошла к небольшому сундучку, стоящему рядом с креслом. В нём хранились все мои незамысловатые пожитки — несколько пар потрёпанных штанов, запасная кожаная жилетка и две суконные рубашки, которые я поддевала под жилетку зимой. Под одеждой, впрочем, были закопаны гораздо более ценные для меня вещи. Порывшись немного, я вытащила небольшой узкий стилет в простеньких ножнах. Теперь, после прибытия незнакомцев, я больше не чувствовала себя в безопасности и решила перестраховаться. Спрятав стилет в специальном кармашке, вшитом в жилетку с внутренней стороны, я обессиленно плюхнулась на ложе и моментально отключилась.
Проснулась я совершенно бодрой и свежей. Ночные опасения остались в прошлом, и я решила забыть о нашем госте. Тем более, что надолго он здесь не останется. Я вздохнула. Нельзя было не признать, что его появление внесло хоть какое-то оживление в монотонную жизнь Скьялл. Мои мысли прервало возмущённое урчание в животе, напоминающее о том, что я не ела со вчерашнего дня. Рассмеявшись, я выбежала из комнаты и быстро зашагала на кухню чтобы подкрепиться.
— Эй, красавица, постой-ка, — я удивлённо обернулась. Прислонившись к стене стоял какой-то здоровенный детина, уставившийся на меня масляным взглядом. Я с отвращением отвернулась и направилась прочь.
— А ну стоять, кому я сказал.
Парень схватил меня за предплечье, крепко сжимая потными ладонями. Меня замутило. Уже много лет я никому не позволяла прикасаться к себе, а тут какой-то тип пытается меня облапать? Мужчина, видимо, почувствовал яростную дрожь, сотрясающую всё моё тело, потому что отпустил мою руку и отступил назад. Я резко развернулась и пошла дальше, стараясь успокоиться и дыша гораздо глубже, чем было необходимо. Вдох, выдох, вдох, выдох… Спиной я всё ещё чувствовала тупой взгляд его мутно-карих глаз.
Завернув за угол, я вздохнула с облегчением. Никто меня не преследовал, а из приоткрытой двери кухни пахло свежим хлебом и жарящимся мясом. Зайдя внутрь, я с удовольствием втянула в себя воздух.
— А, вот и ты. — прогудела Герда. Подойдя ко мне, она протянула мне гигантский бутерброд с увесистым ломтём мяса. — Я же знала, спустишься, как только проголодаешься.
— А что, кто-то в этом сомневался? — уточнила я, откусив здоровенный кусок.
— Да есть тут одна, — усмехнулась Герда, — вот егоза, места себе не находит.
Я проследила за взглядом Герды и улыбнулась. У плиты стояла Илона, старательно делая вид, что меня не замечает. Однако характерный поворот головы её выдавал — подруга явно прислушивается к нашему разговору. Я быстро сгрызла ещё добрую половину бутерброда и подошла к ней.
— Доброе утро, Илона.
— Утро? — подруга удивлённо на меня посмотрела. — Да уже скоро смеркаться начнёт!
Я покосилась на грязное кухонное окно. Всё стекло было покрыто дымом и копотью, но даже сквозь него я увидела подступающие сумерки. Похоже, я проспала дольше, чем думала.
Пожав плечами, я посмотрела на подругу и ужаснулась. В сапфировых глазах стояли слёзы, ещё минута — и они польются нескончаемым потоком.
— Илона, что с тобой…
— Ох, Нисс, мне так жаль, правда. Я не хотела говорить того, что сказала. То есть я не имела в виду того, что сказала. О, Нисса, прости меня, пожалуйста. — Илона чуть не плакала. Боги, неужели она действительно так переживала из-за таких пустяков. Я невольно рассмеялась.
— Мне не за что прощать тебя. Я вовсе не думала, что ты так это воспримешь. — Я ласково посмотрела на подругу. — Ну же, хватит реветь.
— П-прости, — девушка улыбнулась сквозь слёзы и тоже рассмеялась. — Я ужасная дурочка, да?
— Да, что есть, то есть.
Мы переглянулись и я протянула Илоне руку.
— Ну что, мир?
— Конечно, — подруга энергично её пожала, и тут я заметила, что мой бутерброд кончился. Тяжело вздохнув, я подошла к плите и заглянула в содержимое аппетитно булькающей кастрюли.
— Мммм… Выглядит восхитительно. Откуда это у нас такие деликатесы?
