Вместе с приходом лета начались проблемы. С юга из маленьких деревушек приезжали рыбаки. Они щедро платили Фаруку за работу, особенно когда поняли, что его ножи и крючья не ржавеют и не тупятся, и он даже поднял мне оплату. Но вместе с тем, они стали задавать вопросы. Здесь, в Харисе, все друг друга знали, и невесть откуда взявшаяся девушка не могла не вызвать удивления. При этом, местные мужчины были не избалованы женским вниманием, да и особенных красавиц в городе не было. Я же, хотя моя внешность и не вписывалась в типичные представления северян о красоте, всё же была довольно привлекательной. Столкновения не заставили себя ждать. Когда я вечером шла по улицам, вслед мне частенько стали нестись одобрительные свист и прищёлкивания языком. Поначалу пришлые рыбаки ещё хоть как-то сдерживались, но как только они узнали, что у меня, насколько известно, нет ни семьи, ни защитников, количество приставаний резко возросло. Фарук, конечно, пытался убедить их держать себя в руках, но всё было без толку. Рассказать, что я работаю у него в кузнице, он не мог — в некоторых деревнях были крайне сильны суеверия, и меня вполне могли сжечь как ведьму. А простых увещеваний распалённые мужчины не слушали. Наконец, устав от повышенного, не самого вежливого внимания, я решилась принять меры.
Когда за окном совсем стемнело, и на небе высыпали первые жемчужины звёзд, я прихватила с кухни котелок и пошла к впадающему в Синее озеро маленькому ручейку. Его журчание было слышно издалека, и он был прекрасным ориентиром в ночной мгле. Подойдя к ручью, я разожгла с помощью светлячка огонь, и поставила на него котелок с чистой проточной водой. Потом, вздохнув, начала раздеваться. Аккуратно складывая одежду на молодую нежную травку, я вспоминала наставления волхва. Он всегда говорил, что нужно быть очень аккуратной, творя любое волшебство. Особенно такое, которое направлено на причинение вреда кому бы то ни было. Травная магия не так-то проста в применении, как может показаться, и если неосторожно воззвать к силам, которые не сможешь удержать, то последствия могут быть катастрофическими. Филин любил пугать меня историями о том, как неумелые ведьмы и колдуны накладывали проклятия или порчу сами на себя, а вот планируемый объект колдовства жил и здравствовал ещё долгие годы. Я зябко повела плечами. Здесь, на севере, несмотря на то, что календарное лето уже началось, ночи всё ещё были холодными. Порой с утра на траве был иней, а мелкие лужи покрывались тонким слоем льда. Вот и сейчас холодный ветер скользил по моему обнажённому телу, шевеля длинные волосы.
Вода в котелке уже закипела и я начала медленно, одну за другой, закидывать туда приготовленные травы. Когда все травы оказались внутри, я вытащила нож и неторопливо провела лезвием по ладони. Кровь потекла густой алой струёй, капля за каплей падая в варящееся снадобье. Я закрыла глаза, прислушиваясь к собственным чувствам. Травы, откликнувшись на мой зов, отдавали свою внутреннюю энергию, вливая в воду свою силу. Кровь в данном случае должна была послужить дополнительным источником энергии, сделав творящееся волшебство ещё более действенным. Я протянула обе руки к котлу, отдавая магию вареву.
Сложная вязь слов сплеталась. Ночная тьма словно стала гуще, ещё темнее. Внезапно мне стало не по себе, словно кто-то смотрел на меня из этой мглы. Я поспешно закончила заклятье и перелила зелье в приготовленную бутылку. Потом быстро оделась, оглядываясь по сторонам. Никого. И всё же у меня было смутное ощущение, что кто-то следит за мной. Я попыталась нащупать своей магией, есть ли кто-нибудь рядом. Последнее время мне иногда удавалось ощутить присутствие посторонних. Но в этот раз я не заметила ничего подозрительного. Странно.
В город я вернулась как раз со стороны пристани. Днища перевернутых лодок белели в темноте. Я подошла к лодкам приезжих рыбаков и капнула на каждую по несколько капель свежесваренного зелья. В тех местах, где жидкость касалась древесины, на несколько мгновений расплывалось небольшое пятно ржаво-бурого цвета, но затем оно пропадало, не оставив после себя ни следа. Зелья как раз хватило на все лодки. Удовлетворённо усмехнувшись, я вернулась в дом приютившей меня семьи и погрузилась в глубокий сон, сквозь который несколько раз услышала нечто вроде отдалённых раскатов чьего-то громового смеха.
