– Ну, их тоже можно понять. Дядю Володю все мы очень любили, он никому не причинял зла. Дядя Петя похож в этом на брата. Да и пил дядя Володя не через меру, не до беспамятства. И на неделе в семь утра неизменно уже был на ногах, собирался и шел на работу. Ну да, в выходные дни, да, он любил выпить. Признаюсь в этом. Но и выпив в свое свободное, прошу заметить, время, становился скорее забавным, чем вредным. Ни одного случая не могу вспомнить, чтобы он впал в агрессию, обругал, ударил или что-то в этом духе. А вот тетка Жанна была злой. Чуть что не по ней, могла и скандал устроить, и вообще…
Алена не договорила, потому что они уже подъехали к хорошо ей знакомому дому, в котором у дяди Володи была симпатичная двухкомнатная квартирка. Но пусть квартирка и была не такой уж большой, но все в ней было обустроено по уму, с хорошим ремонтом и обстановкой. Да и находилась она в чудном тихом месте неподалеку от метро «Динамо». И стало быть, должна была стоить немало. И еще Алене вспомнился случайно услышанный ею разговор тетки Жанны с одной из их родственниц.
– Ты что думаешь? Я себя тоже не на помойке нашла. И замуж за Володю я вышла по расчету, который оказался верен. Та квартира, которой вы мне все тыкаете, дескать, я на нее зарюсь, для меня ерунда. Могла бы отдать ее вам, только из принципа не сделаю этого. Но вообще, после Володи остались такие богатства, какие вам и во сне не снились. Что вытаращилась? Володя всю свою жизнь копил на старость. В этом мы с ним были очень похожи. Так-то вот, моя милая, проявляй поэтому побольше уважения ко мне, знай, что дело имеешь с очень богатым человеком.
И сейчас Алена невольно заинтересовалась. А кому достанется все это праведно или неправедно нажитое добро? Кто станет наследовать за самой теткой Жанной? И что конкретно будет наследовать этот человек?
С этой целью она даже позвонила маме, которая подтвердила ее догадку. Никто из родственников ничего не унаследовал за дядей Володей. Ни мать, ни братья, ни сестра или племянники. Все, что у дяди Володи было скоплено за долгую трудовую жизнь, досталось одной лишь тетке Жанне. И теперь Алена не могла не думать о том, кому же достанутся деньги покойницы.
Выйдя из машины, Залесный предложил им сразу же разделиться.
– Будет более продуктивно, если вы с Аленой пройдетесь по двору, побеседуете с людьми. А мы с Ингой пробежимся по подъезду. И тоже побеседуем с людьми.
– А что делать мне? – поинтересовался Ваня.
– А ты охраняй машину!
Залесный умел быть и злопамятным и язвительным. Вот только Ваня издевки не понял и уважительно кивнул:
– Это ты наконец дело говоришь. Машина не наша, ее поберечь и впрямь нужно.
Но Инге показалось, что Ване просто не хотелось идти ни с хозяевами, ни тем более с ними двумя. Ваня вообще не любил тратить силы попусту. А это дело лично его обожаемого Василия Петровича или его супруги никак не касалось. Убита была всего лишь дальняя родственница Алены, которую та ничуть не любила и по поводу ее смерти поэтому не огорчалась. Да, плохо, что обвинили в убийстве славного мужика, но в конце концов, у того и у самого язык и мозги есть, чтобы позаботиться о своем спасении. Совсем ни к чему Алене Игоревне путаться в это дело да еще и Василия Петровича к нему приплетать. Но если уж ей так хочется, то он любимой хозяйке перечить не станет. Что поручат, выполнит. Но геройствовать и вперед лезть тоже не будет.
Да добро бы еще Инга была одна, и они вчетвером вроде как пара на пару действовали бы, как в прежние времена, а так… Когда этот выскочка следователь, без году неделя знакомый с Ингой, крутится теперь постоянно возле нее, старым знакомым к ней уже и не подойти, и словечка ей просто так не сказать. И зачем такое расследование надо? Ване, например, оно точно ни к чему. Только глядеть на этих двоих и мучиться, вроде как третий тут лишний.
Разумеется, вслух Ваня ничего этого не сказал. Для этого он был слишком застенчив. Но его нежелание участвовать в расследовании и то равнодушие, с которыми он воспринял новое дело, говорили сами за себя.
И Алена не могла этого не отметить:
– На Ваню-то просто жалко глядеть, – сказала она мужу.
– А чего с ним?
– Из-за Инги переживает.
– С чего это? – удивился Василий Петрович, который, как все мужчины, был немного толстокож и нюансов поведения, как говорится, «с лета не рубил».
Пришлось Алене ему объяснить:
– Ну, что она с Залесным, об этом Ваня переживает.
– Так Инга с Залесным уже не первый день вместе.
– И что? Для Вани это все равно травма. Ты же помнишь, как он ее любил.
– Что мямлил чего-то и краснел, словно барышня, когда она появлялась, это точно помню, – подтвердил Василий Петрович. – Только сама-то Инга никогда на Ваньку особого внимания не обращала.
– На Ваню не обращала, а на Залесного обратила. Конечно, для самолюбия Вани – это обидно.
– Да не выдумывай ты, – отмахнулся от жены Василий Петрович. – Ванька выспался эту ночь худо, он мне сам жаловался, что глаз не сомкнул из-за меня, вот и мается теперь.
