Я накрыла Соню одеялом и тихо ушла, осторожно захлопнув за собой дверь детской. Правда, пришлось пробираться через разбросанные на полу детские игрушки. Не всегда они бывают мягкие. Я начала понимать боль родителей, которые наступали ногой на пластмассовый конструктор. Адская боль. А детальке хоть бы что. Прочные игрушки делают однако. Следует сказать, что детская моей малышки напоминает комнату принцессы. Я не делала в ней капитальный ремонт. Просто содрала свои старые плакаты, освежила краску. Ванильность и воздушность я добавляла с помощью наклеек из мультиков. Эдакие тематические стены получились. Слева тебе стенка с принцессами. Справа с пони. Впереди у окна с Винни Пухом, а за спиной облачка и все дела. Зачем так много? Все просто. Когда ребенок засыпает, он смотрит на красивые картиночки и сам по себе успокаивается. Плюс, это моя детская мечта. Соня тоже обожает свои рисуночки на стенах. Все её любимые мультики.
Нужно приготовить ужин и немного поработать. Работа не отпускает даже в выходной. С ноутбуком я умостилась на диван. Сейчас все быстренько напечатаем и бежим брать в руки поварешку. В дверь позвонили. Видно не судьба. Я отложила в сторону ноутбук и пошла проверять, кого там ветром в мою тихую гавань задуло. Выходной день. Без предупреждения. Сейчас мне весь дом перебудят. Соня только-только заснула. Тедди проснётся и побежит тявкать. Начнется самый настоящий балаган из плачущей дочки, кричащий собаки и меня, которая будет метаться из угла в угол, не зная как успокоить источники шума. Вот как тут не ворчать.
Заглянув в глазок, я увидела женщину. Она стоял на пороге, нервно озираясь по сторонам. Она не пряталась. Я могла разглядеть её лицо, но это все равно казалось очень и очень подозрительным. За три года я знаю всех местных жителей. Перезнакомились и обжились, так сказать. Женщина была примерно моего возраста. Может чуть старше. Стоп, если она моего возраста, то какая она женщина? Девушка. Да, именно.
— Добрый день. Чем могу помочь? — спросила я, не отпирая двери.
— Здравствуйте, я ищу Валерию Розову. Здесь живет такая? — ответила вопросом на вопрос девушка.
— Допустим, живет. Что Вы хотели? — продолжила диалог я.
— Меня зовут Кэтти Джонс. Я — дочка сына сестры её бабушки, которая жила в этом дом раньше. — объяснила девушка.
Честно? Я ничего не поняла. Какая дочка сына сестры? Чьей бабушки? Минут пять я пыталась переварить информацию. У моей бабушки есть сестра, это я знаю. Мне даже фотографии показывали. Вроде как у нее реально есть сын, но что эта барышня забыла на пороге моей дома. Мы в глаза друг друга не видели никогда! Папа запрещал бабушке Линде знакомить меня с маминой родней. Я не понимала почему, но особым желанием встречаться с ними не испытывала. Либо я сейчас звоню папе и уточняю причину запрета на общение с родственниками. Либо узнаю об этом по факту. Я за первое.
— Подождите пару минут, пожалуйста. Валерия сейчас подойдет. — ответила я и взяла телефон в руки.
Я смылась на второй этаж, чтобы меня не услышала эта девушка. Папа, возьми трубку. Прошу тебя. Шли длинные гудки.
«Алло, Лера. Как дела, милая?» — наконец ответил папа.
«Пап, привет. Можно задать тебе вопрос? Надеюсь, ты не занят». — быстро начала я.
«Я могу говорить. Что ты хотела спросить?» — спокойно сказал папа.
«Почему ты запрещал мне общаться с мамиными родственниками?» — спросила я.
«Они немного, э-э-э, как бы помягче выразиться, фанатики. Кто-то из них хочет с тобой встретиться?» — раскусил меня папа.
«Да, папа, стоит у меня под дверью некая Кэтти Джонс и утверждает, что она приходится мне троюродной сестрой». — объяснила я.
«Не выгоняй её, но не привечай тоже. Когда я сказал, что они — фанатики, начиная от сестры твоей бабушки, я имел в виду, что они помешаны на патриархате и религии. Линда тоже была не в восторге от подобного фетиша. Сделай так, чтобы они больше приходили». — посоветовал мне папа.
«А насколько они фанатики?» — уточнила я.
«Не говори им, что ты ушла от мужа и растишь одна дочку. Не поймут и осудят». — буркнул папа.
«Баба должна знать свое место на кухне? Так?» — помрачнела я.
«Так. В прошлом наши интересы по поводу нашего с твоей мамой брака не сошлись. Они считали, что католичка должна выходить замуж только за благопристойного католика. Потом они сказали, что смерть Рози — это кара небесная за то, что она предала веру, и хотели забрать у меня тебя. После этого Линда и Майкл с ними перестали общаться, как и я». — прокомментировал папа.
«Ох, папа, как хорошо, что я тебе позвонила». — тяжело вздохнула я.
«Если она будет что-то тебе навязывать, гони её взашей». — строго ответил папа.
«Хорошо, я тебе потом позвоню и расскажу, чем все закончилось». — пробубнила я.
«Обязательно, милая. Мне очень любопытно узнать, что им нужно от нас». — обеспокоено ответил папа.
