Когда пришла Тинка, она одарила Кирилла подозрительным взглядом. Ей было все равно, что он крутой бизнесмен. Её взгляд предостерегала Кирилла, чтобы он не обежал меня. Тина притащила пакет с одеждой Маши. Пару кофт, футболок, одно платье и босоножки, которые оказались чуток великоваты, но пока сойдёт. Тына не захотела оставаться дольше из-за работы и убежала очень быстро. Оценивая меня в спортивной кофте с вышитыми цветочками, Кирилл поставил этому образу твёрдую тройку и тут же потащил меня по магазинам.
По пути в торговые центры мы снова пели в машине. Заезжая на парковку, Кирилл включил запись видеорегистратора, который записал наши попытки взять высокие ноты. Хохот раздался на всю машину и, собственно, парковку. Кирилл закрыл глаза рукой и пробурчал, что больше никогда не будет петь. Я заверила его, что мой голос на записи ещё хуже. Мы посмеялись и вышли из машины. В торговом центре я обходила все свои любимые магазины. Кирилл покорно ждал, когда я открою шторку примерочной, чтобы оценить мой образ по шкале от одного до пяти. Образов на два и на три не было. Чаще всего ему нравилось, и мы все покупали. Тем не менее, я смотрела на ценники и иногда хотела отложить вещь, потому что даже с зарплатой моего папы это оказывалось дорого. Я периодически экономлю. Что делал Кирилл? Он просто брал то, что я отложила, и оплачивал на кассе после примерки.
Не знаю, сколько мы потратили, но пакетов было много, которые нёс, конечно же, Кирилл. Я держала его за руку, что ему очень нравилось. Кирилл широко улыбался. Нужно сказать, девушки периодически на нас пялились и обсуждали больше Кирилла, чем меня. Он сногсшибательно привлекательный даже в джинсах и футболке, а вот я выглядела откровенным бомжом. Никто же не знает, что вчера я ушла из дома. Вернее, вчера меня на ручках утащил мой спаситель-избавитель к себе в замок. Я одобрила свою кражу.
В обувных магазинах оказалось жарко в переносном смысле, естественно. Именно там я впервые обратила внимание на рост Кирилла. Очевидно, не метр семьдесят три или четыре, как у среднестатистического парня. Метр восемьдесят с хвостиком! При моих ста шестидесяти шести на каблуках с Кириллом я чувствовала себя комфортно, а в обуви с ровной подошвой совсем чуть-чуть коротышкой. Обходив все магазины, по итогу я купила себе одну пару кроссовок к спортивному костюму и две пары босоножек на каблуке и без для вечернего платья и джинсов с футболками. Что касается Кирилла, то его порыв скупить все магазины не увенчался успехом. Я была чересчур избирательна в одежде. Возможно, из меня никудышная светская львица подстать Милене. Я могу не выглядеть также шикарно, как она, потому что не в дорогих шмотках счастье. Я не стремлюсь к роскоши, поэтому предпочитаю стиль без побрякушек и понтов, то есть простые и элегантные образы, чтобы мне самой было удобно.
В ЦУМе, проходя мимо витрины одного магазина, мой взгляд привлекла женская сумка-портфель с милейшими замочками. Я остановилась посмотреть, что это за магазин. Блин, там слишком дорого, но Кирилл заметил, что сумка запала мне в душу. Просто я влюбилась! Он затащил меня туда и попросил показать сумку. Мне понравилось! Честное слово, она была среднего размера с кучей кармашков и идеально подходила к моему стилю, если б не цена. Я тяжело вздохнула и хотела вернуть её обратно, как вдруг Кирилл приготовился оплачивать покупку. Я бы остановила его, правда, однако достаточно взглянуть с каким довольным и расслабленным лицом он собирался купить для меня эту сумку. Кириллу просто нравилось делать то, что он сейчас делает. Если это приносит удовольствие нам обоим, то почему бы и нет?
Когда пакет с моей новой сумочкой оказался у меня в руках, Кирилл предложил подобрать к ней ещё и кошелёк из этой же коллекции. Боже, как красиво! По выражению полного восторга на моем лице он понял, что я не против. Кирилл подарил мне кошелёк и вложил в него свою банковскую карту, обосновывая это тем, что так будет удобней и спокойней для него, пока моя собственная карта изготавливается.
— Если есть деньги, можно выпутаться почти из любой ситуации. — бросил он и протянул мне кошелёк. — Отказ не принимается.
