Свадьбы Гастона и Коры, Асмунда и Милены сыграли в один день в замковой часовне Кронбурга. Церемонию проводил только что рукоположенный священник, отец Августин. Он был огромного роста, здоровый, как медведь, немного неуклюжий, с пышной копной рыжих волос, посреди которых сияла свежевыбритая тонзура. Он умудрился несколько раз перепутать слова молитв и даже один раз наступил на ногу Гастону во время службы — от чего тот весь побелел, как мел, но сдержался — , но в целом все прошло замечательно.
После торжественной церемонии молодые вышли через замковые ворота по специальной дорожке, устланной лепестками роз, под дождем из ароматных цветов, которыми их осыпали придворные. С всхолмья, на котором стоял замок, отчетливо виднелся лес и прогалины, усыпанные золотыми опавшими листьями, воздух был на диво свеж и прозрачен, морозец приятно щипал щеки и нос.
А потом…
— Смотрите, смотрите, белый пух, белый пух падает! — раздались откуда-то снизу звонкие детские голоса. — Ур-р-р-р-р-ра! Чудо! Чудо! Создатель сотворил новое чудо!!!!!!!
И действительно, Гастон и Асмунд, никогда не видевшие, в отличие от Коры и Милены, снега, радостно засмеялись.
— Вот уж действительно, чудо из чудес! — воскликнул Асмунд. — С неба падает холодный пух, который тает на ладошках…
Милена легонько обняла своего мужа за талию и прижалась щекой к его плечу.
— Но самое главное чудо, что мы живы, любим друг друга и мы — вместе!
Асмунд нежно взглянул на свою молодую жену, обнял и поцеловал её.
— Это тебе интуиция говорит? — спросил он, задыхаясь от любовного волнения.
— Интуиция… — улыбнулась Милена и крепко-крепко прижалась к его груди.
