Розы для возлюбленной полностью

— Ты не поссорилась случайно с сенатором Гувером?

— Напротив, он был и остается одним из моих самых близких друзей.

Когда Керри уже уходила, прокурор сказал:

— Керри, я тебя понимаю, это все очень неприятно — пытаться держать нос по ветру в ожидании какого-нибудь завидного назначения. Я ведь тоже жду-не дождусь своего избрания. Ты знаешь, меня порой просто кошмары мучают — так я боюсь, что на каком-то этапе все вдруг сорвется.

Вернувшись к себе, она отчаянно пыталась сосредоточиться на вопросах сегодняшнего рабочего дня. Присяжные большого жюри только что подтвердили подсудность дела против некоего типа, подозреваемого в сорвавшейся попытке ограбления бензоколонки. Обвинение звучало пока как попытка убийства и вооруженного ограбления. Один из служащих бензоколонки получил серьезное огнестрельное ранение и все еще находился в реанимации. Если он умрет, то грабитель автоматически будет обвиняться уже не в попытке убийства, а в убийстве.

К тому же вчера апелляционный суд отверг приговор суда, признавшего одну женщину виновной в непредумышленном убийстве. Дело это тоже широко освещалось в прессе, но, к счастью, апелляционный суд в своем решении указал лишь на некомпетентность защиты и не высказал никаких критических замечаний в адрес прокурорских действий.

Планировалось, что, когда Керри станет произносить текст присяги судьи, Библию перед ней будет держать Робин. Джонатан и Грейс обещали купить Керри судейские мантии — пару на каждый день, и еще одну — для торжественных случаев. Маргарет же настаивала на своем праве лучшей подруги подать Керри и помочь надеть эту самую мантию, в которую новому судье надо будет впервые облачиться для церемонии принесения присяги. Церемонии, на которой Керри, наконец, произнесет: «Я, Керри Макграт, торжественно клянусь, что…»

Слезы выступили на глазах Керри, когда в голове ее вновь прозвучали слова, сказанные Джонатаном накануне: «Керри, пять раз апелляционный суд признавал Реардона виновным. Ты в своем уме? Почему ты этого не можешь понять?». Что ж, Джонатан прав. Чуть попозже, сегодня же, она позвонит ему и скажет, что бросает заниматься этим старым делом.

Керри вдруг поняла, что кто-то давно уже стучится в дверь ее кабинета. Быстро смахнув рукой слезы, она крикнула:

— Войдите!

Вошел Джо Палумбо.

— Какая же ты все-таки умница, Керри!

— Не уверена в этом. Что там у тебя?

— Помнишь, ты сказала, что не мешало бы узнать, не проводил ли доктор Смит операций над собственной дочерью?

— Он категорически отрицал это, Джо. Я же тебе говорила.

— Знаю, знаю. Но потом ты мне все-таки поручила покопаться в прошлом Сьюзен. Так вот, послушай, что я выяснил.

Эффектным жестом Джо водрузил на стол Керри магнитофон.

— Тут запись основной части моего разговора с мистером Уэйном Стивенсом, отчимом Сьюзен Реардон.

Джо нажал клавишу пуска.

Керри слушала, и ее вновь охватывали противоречивые чувства. Так, значит, все-таки Смит — лжец, говорила себе Керри, вспоминая, с каким возмущением доктор отреагировал на ее простое предположение о том, что он мог провести пластическую операцию собственной дочери. Да, он — лжец, и при этом еще и прекрасный актер.

Запись кончилась. Джо в ожидании воззрился на Керри.

— Что делаем дальше, Керри?

— Не знаю, — медленно проговорила она.

— Как это «не знаю»? Ведь ясно же, что Смит соврал нам.

— Этого мы как раз пока не установили. Давай подождем фотографий, которые обещал тебе Стивенс, и не будем чрезмерно возбуждаться. Многие девочки-подростки совершенно неожиданно превращаются в красивых женщин, как только им делают хорошую прическу и приличный макияж.

Палумбо с недоверием поглядел на Керри.

— Ну-ну, конечно. Скажи еще, что свиньи тоже летают.

Дейдра Реардон уловила отчаяние в голосе сына, когда разговаривала с ним по телефону в воскресенье, а затем и во вторник. Поэтому в среду она решила совершить долгую и изнурительную поездку на автобусе, поезде и вновь на автобусе, чтобы навестить Скипа в тюрьме Трентона.