Оба брата, отец Надежды и её дядя, пошли учиться на военных. Дядя Володя, военный моряк, имел очень необычную судьбу. Тогда, после войны, многие мальчишки мечтали об армии, а девочки хотели стать учительницами. Мама Надежды училась на последнем курсе пединститута, когда к ним на студенческий вечер пришли молодые лётчики, там она и познакомилась с её отцом. Когда его неожиданно отправили на Север, он, пролетая над её домом, помахал ей крыльями. И она стала ждать его письма, а потом и его самого.
Через год он вернулся, они поженились, потом стали ждать ребёнка, непременно сына, но родилась дочь, Надеждина сестра. Отец назвал её Таней в честь жены. Но следующего мечтал только мальчика. И даже красивое имя загадал — Георгий. Но родилась Наденька.
К сорока годам, поколесив по стране и помыкавшись по баракам и казармам, они наконец осели в собственном доме с небольшим участком. Мама насадила вокруг разных цветов, а отец пристроил сзади гараж и притащил в него старую «Победу», которая пахла незнакомым запахом. Когда её починил, то ездил на ней на свой аэродром, располагавшийся неподалёку. С женой они решили, что теперь уж будут ждать сына от дочерей.
Старшая сестра, изнеженная маминой лаской, росла тихим домашним ребёнком. Она была старше Нади на три года и очень красива.
Надя, папина дочка, была другой. Он, мечтавший о сыне, играл с ней в футбол и возил на рыбалку. Когда строил гараж, она подавала ему гвозди, а хотелось забивать самой. И папа разрешил, он дал ей небольшой обрезок доски и сказал, что надо укрепить доску гвоздями. Когда она с удовольствием вбила штук десять в лежавший на земле огрызок и поняла, что к чему, то долго смеялись вместе. Другой раз она опять хотела помочь и папа, вешавший на стену картину, согласился и с серьёзным видом объяснил, как нужно ей держать стену. Она с детской наивностью упёрлась ручками, а потом опять смеялись. К пятнадцати годам с двумя толстыми косами она всё ещё имела откровенно мальчишеские черты лица и повадки.
Превращение нескладной девочки в необыкновенное чудо произошло удивительным образом. В 8-м классе в последний день перед летними каникулами Надя пришла домой расстроенная. Как мама ни приставала, дочь ничего не говорила. И только к вечеру созналась, что невольно подслушала, как её очень обидно обозвала подруга. Надя была высокая, худая, порывистая, в ней было сложно увидеть будущую женщину.
— Твоя подружка — дура: ничего она не понимает, мы ещё им всем утрём нос.
Надя решила, что мать просто её успокаивает. Она подошла к окну, увидела в саду сестру и, не поворачиваясь, произнесла: «Хорошо Тане — вон она какая красивая».
— Глупенькая, ты будешь такая же красивая, а захочешь — самая красивая.
— Ты смеёшься надо мной. Что я себе — рост убавлю?
— Я говорю о другом: красота человека произрастает изнутри…
Надя не дослушала, замахала рукой, сморщилась, как от кислого, и, не меняя выражения лица, выпалила: «Ой, мама, я уже десятки раз слышала в школе: и от классной, и на собраниях, что внутреннее содержание важнее внешности. Надоело».
— Ты не поняла. Я не об этом. — Мама улыбнулась и замолчала и просто смотрела на дочь, сохраняя улыбку, потом продолжила: — Мы купим тебе отличное нижнее бельё: и комбинацию, и всё остальное… несколько комплектов. — И снова замолчала.
От удивления у Нади чуть приоткрылся рот, но мама только улыбалась.
— Зачем? — наконец спросила Надя.
— Будешь носить.
— Мама, ты смеёшься надо мной. Мы в школе в форме ходим, кто его увидит?
— А бельё не нужно показывать. Нужно, чтобы ты сама его чувствовала. Бельё — не самоцель. Ты должна полюбить своё тело, все его части. Ты должна гордиться своим телом и перестать стесняться. Как только ты перестанешь стесняться, тебя заметят.
Надя не знала, что сказать, — это было так ново и удивительно.
А мама продолжила:
— И мы купим тебе туфли на высоком каблуке.
— Нет, в туфлях в школу точно не пустят.
— И не надо. Будешь летом или осенью после школы ходить и смотреть на ребят свысока.
Надя молчала, а мама ещё не всё сказала:
— И надо будет постоянно делать тебе красивые причёски, а с косами придётся расстаться.
На этом разговор закончился. Надя ушла в свою комнату, и весь вечер и в постели все её мысли вертелись вокруг сказанного.
