— Командир приказал палить по глазам и открытой пасти зверюг, а стреляю-то я не очень… Вот и выбрал тех, у кого морда и глаза крупнее.
— Боялся промазать? — Я невольно улыбнулся.
— Да у меня еще и патронов было мало. Договаривались же, что на носилках буду полчаса просто валяться.
— Патронов всегда бери по максимуму, — посоветовал ботанику.
— Вчера не успел закупить.
— В клан не передумал вступать?
— Наоборот. У вас тут настоящая жизнь.
— Тогда передай Зоргу, чтобы поставил тебя на полное довольствие. Твой рискованный поступок повысил шансы отряда обойтись без потерь. Помимо трофейных денег, перечислят еще пятьсот упсов.
— Благодарю.
— Это тебе огромное спасибо!
— Это что же получается — меня теперь из города еще долго не выпустят? — ознакомившись со всеобщим объявлением, расстроился ботаник.
— Нет, это значит, что тебе нужно быстрее поднимать стадию возрождения, а без охоты это сделать трудно. Хотя, если сможешь добиться высоких достижений с растениями…
— Я постараюсь идти сразу двумя путями. Мне бы еще где-то достать препарат «Просветление 5К». Говорят, он активирует серое вещество и позволяет решать более сложные задачки.
— Почему ты решил, что тебе не хватает «Просветления»?
— Иногда кажется, что нахожусь в шаге от решения, но оно так и не приходит, — посетовал Фролк.
— «Просветления» я не обещаю, но нечто похожее найдем, — сразу вспомнил про «Усладу». — Когда достану, обязательно позову.
Парень отправился на тренировку, а я решил заглянуть в лабораторию. Наш разговор напомнил, что в емкости, где готовился чудо-напиток, оставался еще белый осадок, который на вчерашний день пока не закончил преобразование.
Зашел в помещение и клацнул выключателем при входе — дневной свет в полуподвальное помещение попадал слабо. Лампочка над лабораторным столом вспыхнула и перегорела. Идти за новой поленился, очень уж хотелось скорее узнать, что собой представляет белый осадок.
Подошел к столу, потянулся к стеклянной банке…
«Содомом ее по Гоморре! Это еще что за свет⁈»
С полки, на которую я перед изготовлением напитка выложил вещи из рюкзака, падал слабый луч, освещая ту самую банку. Пристально взглянул на источник — луч исходил из подаренного скорпионсом камушка. Рядом с ним находились мутная пирамидка и плод ореховой груши с дерева костяная липа. Этот необычный плод мне добыл Юнга. Детеныш чешуйчатой пумы тогда ненадолго остался без матери и сразу решил показать свою полезность.
Отодвинул грушу. Луч пропал… Вернул на место — снова появился. Та же история с пирамидкой. Почему-то вспомнилась шутка Семеныча об иномирном происхождении напитка.
«А ведь скорпионс был аборигеном того самого мира, откуда к нам проникали монстры!»
Существо, напоминающее кентавра, попало в Рубежье случайно, тоже через локан, увлекшись охотой за хищниками. Кентавр, не умел разговаривать в обычном понимании этого слова. Но это не помешало нам общаться через мыслеречь. Мне тогда стоило неимоверных усилий отправить скорпионс домой, и на прощание он одарил столь необычными камешками — полупрозрачными, голубоватого цвета, размером с виноградину и двумя черными точками внутри.
— Или я ничего не понимаю, или передо мной тот самый преобразователь, который сотворил чудо-напиток, — озвучил я собственную догадку.
Отодвинул друг от друга составляющие преобразователя, взял банку и отправился на выход, присев на крыльце.
Остатки жидкости, которые еще вчера находились в емкости, то ли испарились, то ли полностью впитались осадком. Сам он сейчас представлял собой собранную мозаику из одинаковых квадратных пластинок шириной в сантиметр и толщиной миллиметра три.
«Таблетки⁈ Интересно, и от какой болезни они помогают?»
Содержимое банки решил внимательнее рассмотреть под открытым небом, где и света больше, и воздух свежее. Направился к беседке. Неожиданно выскочила буквально бьющая по глазам запись:
