Делаю глубокий вздох, чтобы смириться, чтобы обуздать эту бурю эмоций, что пронзает меня ураганом.
Приближаюсь к его губам, дыханием сбиваю его желание. Или распаляю. Конечно же «или».
– Ложимся? – Шепчу я.
Дыхание настолько громкое, что оглушает. Так близко, так желанно. Сжимаю в ладонях его волосы, он – мою талию. Нарушить… как же хочется нарушить правила.
Не в силах говорить, только кивает, сглатывает, пытается делать глубокие вздохи. Но они ему не помогают.
Все-таки двигаемся. Перебираемся на кровати, забираемся под одеяло, он обнимает меня крепко, я утопаю в его естестве, его запахе, его заботе. Неловко пытается найти удачное положение для ладоней, так старается, что ком в горле застревает.
Было бы так невыносимо прекрасно, если бы не обстоятельства?
Разве это важно?
Заснуть удается не скоро, ведь биение его сердца не унимается ни на мгновение.
Утро другое. Просыпаюсь под звуки будильника. Не хочется высвобождаться, чтобы его заткнуть. Поэтому он и орет себе дальше. Так тепло, так комфортно, безопасно… почему он только лишь страж? Почему под запретом?
Поднимаю голову, нахожу его наполненные нежностью глаза…
Накрывает невозможностью. Дрожу, он обнимает крепче. Аккуратно убирает прядь волос мне за ухо. Смотрит. Не могу оторваться от его тьмы…
Будильник не затыкается, понимаю, что обязательства заставляют. Все-таки нужно постараться выжить. Улыбаюсь, глажу его по груди. Чуть пошевелилась, поняла, что обстоятельства утреннего пробуждения все еще здесь. Поджимаю губы, не злится. Улыбается.
– Иначе опоздаем, – шепчу я.
Чуть заметно кивает и продолжает смотреть, даже не моргает. Ох, кто бы дал сил это пережить? Кто бы дал сил встать и оторваться от него?
Это происходит случайно и обоюдно – высвобождаюсь, встаю. Ладно, новый день, жизнь продолжается. Наверное.
Приняла душ, вышла – ждал снаружи. Почему теперь все тело пульсирует от мысли, о чем он думал, подпирая дверь? Спокойно, держать себя в руках… поворачивается, улыбается – он мне улыбается!
– Сделаешь покушать? – Робко просит он.
Киваю и ухожу на кухню. Не слышу, как закрывается дверь, оборачиваюсь – смотрит вслед. Замираю, потому что ноги дрожат, если сделаю еще один шаг споткнусь и упаду. Стоим, смотрим, каждый представляет что-то свое…
С горем пополам завтракаем и загружаемся в машину. Поездка действительно долгая, но на удивление веселая. Включаем радио, сначала подпевать начинаю я, потом и Тэон не выдерживает, и мы орем под песни. Любые. Какие знаем – невпопад слова, какие не знаем – пытается угадать. Смеемся.
Как же легко и спокойно.
В город приезжаем ближе к трем, идем перекусить. Мой демон пока еще не затребовал свое, потому я даже что-то съела. Выпила кофе, поняла, что жутко соскучилась по нему. Раньше каждое утро начиналось с него. Сначала дома, потом в институте…
Воспоминания нахлынули еще и в связи с тем, что оставив машину на парковке, мы с Тэоном прогуливались мимо местной школы. Вспомнился мистер Миллер, я заметно погрустнела. Когда-нибудь я перестану мучиться угрызениями совести? Не думаю.
Тэон заметил, хотел спросить, но не решился. Или по другой причине.
– Ну что, жена, какой особняк ты хочешь отстроить? – Подхватив мою руку и заложив под свой локоть, с ухмылкой спросил меня дьябольер.
Я улыбнулась, допуская, что он сделал это не только в шутку. Глупо, но это мои мысли и мечты, в них я могу позволить себе намного больше. В них я свободна, а мы с Тэоном живем вместе. Планируем нашу свадьбу…
Сморгнула желанные мысли, сделала глубокий вздох.
– Конечно же такой, где будет много места для наших пятерых детей, – подразнила я.
А Тэон вытаращился на меня. Я рассмеялась, а он возмущенно добавил:
– Что значит – пять?! Я же говорил, что хочу собрать футбольную команду!
Взвизгиваю, а Тэон ловит и прижимает к себе.
– Ты не забывай… – опасная близость у моих губ – там еще есть запасные.
– Ты меня совсем не жалеешь, – покачала головой я, едва сдерживая дрожь.
– У нас впереди вечность, – улыбается… наклоняется… я взрываюсь предвкушением, а он мазнул движением губ по моему носу и возобновил ход.
Что он творит? Вот теперь я уж точно не могу сказать, что соблазняю его я. Сделала глубокий вздох, изо всех сил изображаю, будто все в порядке и его слова здесь совершенно не причем. Он шагает уверенно, не скажешь по нему, что он волнуется.
Значит, шутки.
Глупая, как я могла подумать иначе? Кто вообще такое серьезно говорит? Да еще и в нашей ситуации!
Офис архитектора Манфреда Малкина находится в высотке в самом центре города. Высотка не простая, сама по себе сияет убранством и демонстрирует количество денег в нее вложенное.
Мы с Тэоном поднимаемся на тридцать восьмой этаж и осматриваемся. Минимализм, миниатюрные секретарши, молодые люди как с обложки в строгих костюмах. Мы решили не разодеваться, но и не джинсы напялили. Тэон в брюках и белой рубашке без галстука, я – в алом платье. Приличном, не развратном.
