Покормила джина, он чуть ли не светился. Хотел меня, но… для меня его желание было в это мгновение чем-то нежеланным. Вывернулась из его хватки, он поднялся, пошел следом, обнял сзади, прижался всем телом. Суккуб скребся, начинал звереть, но я не хотела… не сейчас… когда воспоминания о Тэоне угасают с каждым мгновением…
Позднее, когда мы легли, Сол на удивление не набросился, хотя очевидно хотел. Понял, что я пока сама не своя. Позволил уснуть в его руках, раствориться в беспокойных жарких снах. Но суккуб, несмотря на все наши попытки подружиться, предал меня. Пока я спала, он проснулся. Он воззвал к плоти. Я проснулась уже когда Сол вовсю в меня входил…
Чертов суккуб!
Попыталась сопротивляться, но несмотря на то, что суккуба я стала гораздо лучше контролировать, в дремлющем состоянии, на пике поглощения чужой энергии он мне был неподвластен.
Поддалась, раздвинула ноги шире, Сол схватил крепче, рыкнул, зашелся в ритме… я лишь зажмурилась, пытаясь смириться с неизбежностью. Сейчас он кончит, и его энергия восполнит запасы, которые мне так и так необходимы.
Это всего лишь голод. Только он, ничего больше…
Почему теперь иное чувство?
Движение, еще, я выдохнула сопротивление, разозлила духа огня. Прижал к себе сильно, властно, ревностно. Он знал, что в моих мыслях далеко не он, знал наверняка, кто теперь поселился в моем сердце. И Солу это не нравилось.
Мой проклятый Принц, мой развращенный всеми пороками Темный Рыцарь… вот кого я желала сейчас рядом. Вот кого я желаю навсегда.
Мысли путались, я хотела его, было плевать даже на запреты. Пусть бы он трахнул, пусть бы он кончил в меня, но он бы был первым. Единственным. И только когда его у меня забрали, я поняла, как хищно я желаю его рядом.
Джин кончает, впитываю всю его энергию без остатка, Сол даже выдает стон от неожиданности. Дышит рвано, громко, вибрирует своим голосом мне в кожу. Ему нужно время, ведь я брала много, чтобы не пришлось в скором времени повторять.
Надо продержаться.
Даже несмотря на усталость, следы своего обладания мной Сол не стирает, хочет оставить больше. Разворачивает и примыкает к груди, кусает, сжимает, желает, рычит… мне даже немножечко страшно. Его темные глаза словно угроза, пугают меня, когда он заглядывает в мои.
Понимает, что перегибает, потому успокаивается. Усталость на его лице, но все же блаженная улыбка. Справедливо ли это? Он слишком умен, чтобы размениваться только на чувства.
Укладывается на спину, пытаюсь отвернуться, но для джина это не вариант. Он берет меня с силой и укладывает себе на грудь. Хочу высвободиться, но он держит так крепко, что если попытаюсь сопротивляться, он сломает мне ребра. Не оставляет выбора.
Уснула не сразу, страх все-таки не лучшая колыбельная. Но когда именно провалилась, отследить не могу. Просто забвеное ничто, какой-то водоворот пламени…
Проснулась неожиданно, помню, что вроде бы моими снами владел джин, но боль пронзала по Тэону. Конечно же…
Сижу и перевожу дыхание, меня знобит несмотря на то, что все еще жарко от прикосновений духа огня. Конечно же он заметил, сел, осторожно поцеловал в плечо, погладил. Подтянула простыню, закуталась в нее, но уйти не смогла. Настойчиво и сильно Сол не дал высвободиться из-под его приказа.
– Ты меня теперь не отпустишь? – Страх выступил раньше, чем за дело взялась рациональность.
Думает, чуть ослабляет хватку, делает глубокий вздох. Хочется сказать «а я думала бессмертные не дышат», но не решаюсь, ведь мною по-прежнему владеет страх.
– Трудно удержать в руках ветер, – глубокомысленно, но примирительно, сообщает он. Понимает, что уже пугает меня не на шутку. Успокаивается, усмиряет своего зверя. – Особенно когда он вырывается.
Что я могла сказать на это? Конечно, я вырываюсь! Мне нужен Тэон, с ним я хочу спать, с ним я хочу делить ночи и дни, с ним… задыхаюсь от очередной невозможности. Глупо, как же глупо, а я думала мне никогда не придется испытывать эти глупые чувства… не нужно было его впускать…
Делаю глубокий вздох, не знаю, что сказать. Но Сол намного старше и мудрее меня, он знает, что говорить. Как успокоить.
– Понимаю, что ты чувствуешь, малыш, – щекочет своей бородой меня джин. – У тебя забрали его, когда ты была к этому не готова. Но молодость возводит все в абсолют. Неизвестно, был бы он тебе столь же дорог, если бы просто оставался рядом.
Режет по самому сердцу, пытаюсь справиться, но… раз задевает, значит – правда? Нет, все не так, у нас с Тэоном все по-другому…
– Я знаю это чувство, – вкрадчиво продолжает вторгаться в мои мысли он, – я тоже когда-то был молодым. Я тоже был влюблен…
Хочется поправить его, но… ведь я не знаю наверняка. Сол прав, я молода…
– Никто не просит тебя от него отказываться, – примиряется джин. – Но посуди сама: разве ты, столь желанная, умная, красивая, можешь целиком и полностью посвятить себя кому-то одному?
Оборачиваюсь, ловлю мудрость и глубину в его темных глазах. Хочется спорить, но его взгляд успокаивает любые бури сомнений и сопротивлений. Хочется ли мне этого? Держаться за столь призрачные чувства?
