Берет меня осторожно, приближает к себе, не пытается намекать на желание, сейчас он в первую очередь разговаривает с той частью меня, которая не погрязла в грехах. Осторожно гладит меня по щеке и засасывает в свой омут.
– Так или иначе, он найдет тебя когда-нибудь, – сообщает Сол, и я невольно роняю слезы, пытаюсь сдержаться, но он сейчас готов их все ловить. Джин попадает в самое сердце, в самую суть. Он действительно… понимает… – Однако ты знаешь о своих потребностях и нуждах. Тебе необходима энергия.
Выбирает слова, не отрезает грубостью, вожделением, пороками, нет. Он знает, что мне сейчас важнее. Слишком уязвима…
– Если ты попросишь, я могу уйти, – спокойно предлагает он. – Для меня… – он ухмыляется – это будет тяжело. Ты действительно хороша во всем, что нас связывает. Но тогда тебе понадобится искать себе подпитку, чтобы дождаться когда-нибудь
Прикрываю глаза и делаю глубокий вздох. Он чертовски прав и это прояснение итак было где-то на задворках моего сознания. Просто боль и недоступность застилали мне глаза. Что предлагает мне Сол? Ничего больше, что он итак мне всегда давал. Что он просит взамен? Не быть последней сволочью и не отпихивать его, когда он хочет быть рядом…
Могу ли я дать ему то, чего он просит? Слишком долго я размышляю над очевидностью. Смиряюсь, прекращаю сопротивляться, забираюсь джину на колени и крепко обнимаю. Сол выдыхает и прижимает меня к себе. Наслаждается моим желанием идти на примирение. Победа ли? Не знаю.
Но он ведь прав. Если бы я была простым человеком, я бы могла пострадать немножко и отпустить. Но с моим суккубом я не могу позволить себе такой роскоши. Мне
Зачем нужна ему я? Даже несмотря на молодость, я понимаю, что дело вовсе не в чувствах. О его планах мне неизвестно, однако пока он предлагает мне сотрудничество и не пытается убить, думаю, будет лучше, если он пока побудет рядом…
Принятие очевидного режет меня изнутри, словно нож. Принять сейчас Сола сравни предательству Тэона. Знаю, я спала с Солом, пока Тэон был рядом, даже Тэон притащил джина в тот момент, когда это было необходимо. Это действительно лишь некое обязательство, для Сола – чистое удовольствие.
Но ведь Сол прав, не в моих обстоятельствах погребать себя под тонной депрессии. С Тэоном или без у меня была цель, и я не собираюсь от нее отступать. Потому что, несмотря на все что случилось, я все еще хочу освободиться.
Довольный, словно мартовский кот, Сол с удовольствием лопает все, что я приготовила ему на завтрак. Я все еще подавлена, но притворяюсь, будто с ним. Почти. Никогда до конца. Он это знает, он же не идиот, но предпочитает закрывать на эти мелкие детали глаза. Идеально не бывает никогда, поэтому надо уметь наслаждаться моментом несмотря ни на что.
– Сол, – зову осторожно, предостерегает взглядом, знаю правила, – расскажи мне о паучихе.
Берет паузу, пережевывает, опускает глаза, размышляет. Думает ли он о том, чтобы предоставить мне возможность? Не знаю, но понадобится время, прежде чем я попытаюсь забыть о предосторожностях с духом огня.
– Паучиха была проклятой ведьмой, – рассказывает к моему великому удивлению джин. Хм, забавно. – Она отвратительна. – Сол морщится. – Она хотела жить вечно, поэтому пила кровь младенцев и высушивала их кожу, обклеивая ею свой дом. Мерзкое создание, даже по меркам демонов.
– Однажды ее душа стала настолько черной, что больше не смогла сопротивляться той мерзости, которая пронизывала ее насквозь. Она умерла в ней, а паучиха, зная, что без души ей долго не протянуть, пошла на сделку с дьяволом. Так она стала паучихой.
Сол заглянул мне в глаза, выдавая предостережение.
– Она пойдет по трупам, если захочет получить желаемое, – чуть холоднее продолжал джин. – Учти на будущее: никогда не переходи ей дорогу.
Да это и без вводной лекции на тему «как она стала последней тварью» понятно. Тэон… так, спокойно. Нельзя думать о нем, как будто он никогда не вернется. Это временные трудности. Мне просто надо подождать.
– А что Дэйл? – Переключаю отчаяние на лютую ненависть.
– От него тоже лучше держаться подальше.
Ухмыляюсь, прочитывая в глазах Сола очевидность. От всех демонов стоит держаться подальше. Но меня задевает. Снова.
– Это ведь не страх, так ведь? – Шучу, но с опасением.
Улыбается, сверкает что-то в его глазах. Что-то очевидное. Что-то откликается, о чем-то догадываюсь, что-то подсказывает интуиция. По-новому смотрю на него, чуть хмурюсь. Опасаюсь.
В голове прокручивается мысль: что в этой дьявольской компании забыл дух огня? Почему он свободен? Почему он так ревностно относится к рабству? То есть понятно – джин из лампы. Но все-таки…
По-моему, я впервые думаю о Соле как о личности, а не только как о члене, который постоянно на меня стоит. Суккуб – заткнись! Ты же нажрался, какого черта?!
Нехотя ворочается, еще смеет обижаться. Сволочь. Ладно, спокойно, я все же владею ситуацией. Хотя бы пока. Надо переключиться.
