Конечно, понимаю, дорогой. И где работаешь, и куда по вечерам ездишь. Говорить это я, конечно, не стала.
– Я никому не причинял вреда и не лез ни в какие конфликты. А подчиненные думают, что я чуть ли не банк ограбил. Десять лет на фирму работаю, с продавца поднимался, и ради чего?
– С коллегами я вас помирить не могу, но обеспечить безопасность – запросто. Скажите, что конкретно вас беспокоит?
Андрей шумно выдохнул. Он явно подбирал слова, а конечный ответ произнес тихо и растянуто:
– Я же могу быть уверен, что вы не будете меня шантажировать полученной информацией?
– Зачем? Имидж дороже разового заработка. Вы, как человек бизнеса, должны меня понимать.
– Конечно. Не подумайте, что я вас в чем-либо подозреваю. Но и вы поймите, меня буквально пытаются убить! Я каждый день нахожу новые угрозы. На какую сумму имущества испортили, даже думать не хочу.
– У вас есть враги? Кто угодно, желающий вам вреда: жадный до наследства дальний родственник, неадекватный бывший вашей девушки…
– Откуда? Говорю же, я самый простой человек с самой скучной жизнью на свете.
– Задавать подобные вопросы – часть моих обязанностей. Поймите, идеальных людей в глазах общества не бывает. Кто-то обязательно сочтет вас плохим человеком.
Собеседник замолчал. Зато у меня появилась свободная минутка полюбоваться на новогодние огоньки, которые так любят заранее вывешивать магазины. Вспышки угасающих и возрождающихся белоснежных снежинок отражались в грязных лужах, которые то и дело колыхались от поспешных шагов.
– Как вам угодно. Мне не важно, кто за этим стоит и какими методами вы от него избавитесь. Верните мне спокойную жизнь.
Тем же вечером я снимала отпечаток пальца, заботливо впечатанный прямо в краску с уже знакомой двери. Андрей также принес камеру, которую он специально до этого установил в подъезде. За неделю ее дважды залепили жвачкой, а под конец просто открутили голову. Кто бы ни пытался навредить Андрею, они были даже более активными и злобными, чем прихвостни Исаевой, докучавшие Анне. Моя изначальная теория рассыпалась. Либо у Лизаветы были целая сеть помощников, некоторые из которых до сих пор остались на свободе, либо она является только частью организованной цепи преступлений.
– И что вы будете с этим делать? – В отрезке дактилоскопического скотча исказилось лицо Андрея. Теперь тот выглядел сплющенным и угловатым.
– Передам соответствующей экспертизе, что же еще? Если найдутся совпадения по базе – это будет просто подарок для нас обоих.
– Вы же не хотите пойти в полицию? – Он попытался сказать это незаинтересованным голосом, но актер из моего клиента-подозреваемого был довольно никудышный.
– Не беспокойтесь, не в моих правилах спрашивать, почему вы не хотите обращаться за помощью к властям. У меня достаточно связей, чтобы все сделать в обход, если того требуют обстоятельства.
Тетя Мила сейчас бы вздохнула от того, что Женечка людям в глаза врет. Никогда бы я не стала работать с людьми, замешанными в криминале, оттого и спрашиваю всегда про полицию, но в этот раз нельзя. Приходится идти альтернативными путями, чтобы не спугнуть подозреваемого.
Андрей тем временем скрылся в коридоре и хотел уже закрыться, но я «невзначай» возникла в дверном проеме.
– Квартиру тоже нужно осмотреть. Вы же хотите, чтобы я покончила с этим делом как можно быстрее? Тогда мне нужны все зацепки.
Мне в спину пробурчали что-то про бардак, но это было полнейшим враньем. В ином музее за стеклом не так чисто. Даже легкое дежавю номера Лизаветы появилось. Только у нее чувствовался определенный элемент любви к роскоши: актриса возила с собой коллекцию брендовых парфюмов, гардероб такого размера, который у простого человека и за несколько лет не наберется. Черт возьми, да она целую картину с собой таскала. Настоящую, в «родной» раме, которая была старше любого предмета мебели в том помещении. Здесь же было скорее «стерильно» чисто, без каких-либо элементов декора, включая даже ковры на полу.
– Давно вы тут живете?
– Две недели. Как видите, меня уже вновь успели найти, – на последней фразе узкие плечи дрогнули.
– Вы из-за преследования сменили жилье?
– Не совсем. У меня работа такая, начальству помогать развивать новые точки сети. Когда работа в одном магазине стабилизируется, я уезжаю туда, где больше всего необходим.
– Вам так нравится путешествовать?
Он тихо засмеялся, хоть глаза и выглядели потускневшими.
– В настоящем путешествии я уже и не помню, когда был. На самом деле у меня не так часто бывают командировки, как вы подумали. Большая часть сети расположена в Тарасове, а уезжаю я редко дольше чем на неделю. Просто в этот раз все пошло наперекосяк.
Андрей во время разговора варил кофе в турке. Холодильник оказался почти пустым. «Зачем, если я все время провожу на работе?»
– И вы боитесь, что, когда придется возвращаться, преступники последуют за вами? Когда вам нужно уезжать?
– Почему бы им этого не сделать? Они уже смогли меня найти, когда я упросил руководство сменить рабочую квартиру. А у меня уже на послезавтра выезд в Тарасов запланирован.
