Валентин увидел, как юркие гибкие тела облепили его товарищей, и стартанул. Он слышал грохот выстрелов и гневные вопли, быстро переросшие в крики боли, и со всей силы давил на газ. В конце просеки притормозил и откинул стекло шлема, чтоб получше разглядеть побоище за спиной. Земля была усеяна мёртвыми зверьками, но никто из коллег больше не шевелился, их разорванные комбезы были залиты кровью, а чёртовы твари, как одна сплошная, живая, шевелящаяся шкура, облепили со всех сторон экскаватор. Даже издали он слышал скрежет зубов и когтей по металлу и стеклу — звери пытались дорыться до кабины с перепуганным водителем. Сердце замерло от животного ужаса и эгоистической радости.
— Слава тебе, господи, спасся! — Валентин размашисто перекрестился дрожащей здоровой рукой, когда его ударило по спине, словно добрый знакомый догнал в толпе и хлопнул с ладонью.
Узкая морда с чёрным носом и иссиня-чёрными, без белков, глазами, высунулась из-за плеча и ощерилась, словно ухмыляясь: приве-е-ет, Валик! Он махнул в ту сторону мачете, но юркое тело извернулось, тварь легко ушла от удара и выскочила на грудь из-под руки. Он успел увидеть торчащий между зубами длинный язык. На светлом брюшке висели набрякшие небольшие сиськи, как у щенной суки — это была кормящая самка. А после руку с мачете оплёл длинный хвост, острейшие зубы впились в лицо раз и ещё раз, вырывая куски плоти, словно тварь хотела прогрызть дорогу ему в голову.
Хвала господу за малые радости — благодаря наркотику умер Валентин без боли.
— Не буду есть, каша невкусная!
— Барышня Капитолина, не капризничайте!
— Тогда расскажи мне сказку про станцию, где мы живём!
Капелька торговалась, но накормить её непременно следовало.
— Начиналось всё будто в анекдоте с академической бородой, — шутливым тоном сказала Лана.
Вряд ли Капелька в свои пять лет знала, что такое академическая борода, но слушала эту историю с любопытством уже пятый раз, заодно не забывая периодически открывать широкий рот для ложки овсяной каши с фруктами.
— Собрались однажды два десятка учёных орангутанов, — Лана сноровисто заправила кашу по назначению. — Как думаете, коллеги, удастся ли нам на новом, преонном коллайдере получить кварк-глюонную плазму в промышленном количестве?
Глазки Капельки были преисполнены восхищения от кучи настоящих взрослых слов.
— Конечно, для того и построили.
— А на старом преонном коллайдере, мы уже получаем кварк-глюонную плазму?
— Однозначно, профессор.
В углу пищеблока шебуршали улитки. О ксенобиологии Лана имела самые общие знания после краткого курса в сотню часов, или оправдывала так собственную невнимательность и скверную память. Угостить отравой шустрых беспозвоночных с пёстрой ракушкой было не по-агрономски жалко, а сбор и вынос за пределы помещения, на территорию станции, привел только к тому, что теперь улитки встречались везде: на кустах, в траве, на клумбе, которую Лана разбила у двойного стального забора, в винограде и на фруктовых саженцах. Станция автоматически поддерживала в заборе высокое напряжение, к счастью, внутренняя часть была надёжно изолирована.
— А если мы, помолясь, столкнём на скорости света два потока кварк-глюонной плазмы, что выйдет?
— Ньютон его знает, надо попробовать…
— Синхронизация йотосекунда!
Позади станции Лана посадила розы, клубнику, ещё один сорт винограда и яблони. Улитки ползали и там, причём, всеядные, вредили существенно.
Последняя ложка каши отправилась в рот и дальше, в животик.
— Что такое помолясь? — спросила Капелька. — Дай ещё сока. Чем сегодня займёмся?
— Может, начнём улиток ловить и через забор ими кидаться?
В прессе немало описывали историю появления Ручья, главного научного открытия человечества. Серьёзные источники утверждали, что именно так проблему энергетики решить и собирались, согласовали эксперимент в ООН и даже утвердили в бюджетах стран, её членов, чтобы по всей матушке Земле в одночасье открылись тысячи больших и малых энергетических потоков — ручейков, текущих из самой ткани пространства и времени. Несерьёзная, жёлтая пресса писала о массонском заговоре, утверждая, что добрая половина учёных, участвовавших в эксперименте, относится к этому ордену, о рептилоидах, таким образом пытавшихся пробить дорогу в наш обжитый мир, даже были публикации, в которых утверждалось, что появление Ручья доказывает плоскость Земли. Ничто из этого не меняло того факта, что теперь из тысячи источников текла свободная энергия, искрясь всей цветовой палитрой свободных кварков, светясь и переливаясь. А посредине каждого потока образовалась нулевая точка — отверстие в соседнее измерение, иной мир, увитое молниями статического электричества.
