Наташа улыбнулась, поджав губы, и посмотрела в карие, выцветшие глаза поклонника, смотревшие на нее с вожделением. «Я скорее поверю в Дашкину фею Тинкер Белл, чем в твою бескорыстность», — подумала она.
— Могу я вас вечером куда-нибудь пригласить, дорогая?
— Ах, Лев Исаевич, вы же знаете, у меня дочь, так что после работы я занята.
— Ну, нельзя же так, дорогая, работа, ребенок, дом, молодость же проходит! Ну, посмотрите на меня — никто не зовет ни на танцы, ни в кино!
— А вы хотите со мной на дискотеку сходить? — давя приступ смеха, спросила Наташа.
— Куда пожелаете, радость моя!
Он, кряхтя, поднялся с колена и отряхнул брюки.
— Я вас уговорил? — спросил он.
— И куда мы пойдем? — спросила Наташа.
— Знаете, милочка, я знаю одно заведение, директор — мой друг и вечный должник, там чудесно кормят. Это здесь совсем недалеко.
— Это случайно не пельменная, — поинтересовалась Наташа, припоминая какие в округе есть забегаловки.
— Ну, называется она, может и пельменная, но шеф-повар там — просто бог.
«Ну да, — подумала Наташа, — угостить в пельменной и трахнуть в гараже».
— А потом, — продолжал Лев, — зайдем в гараж за моим Мерседесом и поедем, куда вы захотите.
Наташа залилась хохотом.
— Я знаю, что вы подумали, дорогая, но у меня даже в мыслях этого не было, — начал оправдываться ухажер.
— Нет, Лев Исаевич, сегодня точно нет.
— Если вы передумаете, звоните. Вы свет моих очей, вся радость моей жизни!
— А как же жена, Лев Исаевич? — прервала его душевный порыв Наташа.
— Ах, Наташенька, Сара — чудесная женщина, но у нас давно уже приятельские отношения, чувства угасли. Звоните, милая, прилечу на крыльях любви хоть на край света.
Он еще раз прижал руку Наташи к своим губам и вышел из кабинета.
Девочка прыгала на заднем сидении машины, играя с мотыльком.
— Даша, пристегнись!
Наташа обернулась к дочери.
— Мамочка, но нам с Тинк нужна свобода! — Девочка выпускала мотылька и снова ловила его ладонями. — Ты просто веди машину аккуратно и ничего не случится.
— Даша, мне сколько повторять?
Девочка тяжело вздохнула и пристегнула ремень безопасности. Наташа завела машину и тронулась в путь. Негромко играла музыка.
— Тинкер Белл, Тинкер Белл, — напевала Даша на заднем сидении. Наташа слушала пение дочери и улыбалась.
Машина вылетела на трассу так быстро, что Наташа вздрогнула. Нога выжала тормоз в пол, но было поздно, и джип врезался в ее автомобиль. Ударом их отбросило в сторону, и в глазах у Наташи потемнело. Сквозь набежавший на сознание полумрак, она увидела, как сквозь разбитое стекло улетает мотылек.
— Даша, — позвала она.
Девочка молчала.
— Даша! — изо всех сил закричала Наталья, делая усилие, чтобы повернуться к дочери.
— Мам не кричи, Тинк улетела, — сказала Даша, обиженным голосом вылезая из машины.
— Ты порядке? — спросила Наташа, смотря на девочку с нескрываемой тревогой.
— Я — да, а вот наша машинка — нет, — сказала Даша, осматривая повреждения на машине. — И Тинк нигде не видно.
Наташа нащупала в кармане телефон. Долго никто не брал трубку, потом, наконец, ответили, и она услышала недовольное бурчание:
— Лев Исаевич у телефона.
— Лев, — Наташа хотела произнести отчество, но почувствовала, как силы покидают ее, — вы не могли бы. Подъехать. Я попала в аварию. Со мной дочь. — Произнесла она короткими фразами, судорожно хватая ртом воздух. — Я на Ленинском проспекте. Пожалуйста.
— Наталья Викторовна, уже девять часов вечера, я старый больной человек, неужели вам больше не у кого попросить помощи.
Наташа выронила телефон и медленно сползла в щель между искореженными частями машины.
Солнце серебрило макушки елей и играло лучами в озерной глади. Девушка и парень сидели на берегу озера, обнявшись, не пряча счастливых лиц.
— На следующей неделе приедет моя мама, — сказал Олег, целуя девушку. — Я хочу ее с тобой познакомить.
Даша улыбнулась.
— А когда ты познакомишь меня со своей мамой? — прошептал Олег Даше на ушко.
— Когда захочешь.
— А она где?
— На Большеохтинском.
— Проспекте?
— Кладбище.
Олег разжал руки и посмотрел на Дашу печальным взглядом.
— Извини, зая, я не знал, что у тебя мама умерла.
— Ничего, я уже привыкла, это было давно. Она погибла в автокатастрофе, когда я была еще ребенком.
Даша задумалась и возникла тяжелая пауза. Олег растерянно посмотрел по сторонам в надежде загладить напряженность. Вечер потихоньку подкрадывался: распускались ночные цветы, привлекая к себе бабочек. Олег выбрал мотылька посимпатичнее и поймал.
— Смотри, какая прелесть, — сказал он, протягивая его девушке.
Даша осторожно взяла мотылька
— Это пальцекрылка, — сказала она, улыбаясь, — у меня была такая в детстве.
— И куда она делась?
— Улетела.
