правительством. Царь прислал гетману врача, заботясь о здоровье
Мазепы, беспрестанно жаловавшегося на <подагричные и хираг-
ричные> недуги; гетман в своих письмах разливался
благодарностью за внимание к нему*.
Мазепа отправил Головкину <зверины> (дичины) своей охоты
для царского стола, назначая часть из посланного для самого
канцлера, и изъявлял ему желание кушать на здоровье. С своей
стороны и верховной власти представился случай показать образчик
прежнего неизменного доверия и расположения к гетману. Явился
снова доносчик, обличавший Мазепу в намерении изменить царю: это был новокрещенец рейтар Мирон, освободившийся из турецкой
неволи. Он, прибывши в Киев, сообщил, что в Яссах виделся он
1 “…О здравии моем благосердствуя, благосердствуешь, неизреченную
паче же реку равнобожескую монаршескую свою являя мне милость, когда
для уврачевания моей немощи изволил в. ц. пресв. вел-ство милостивно
указать лекаря мне прислать. И что воздам в. ц. в-ству за всех яже воздал
ми еси? А понеже по достоинству возблагодарить не возмогу, убо до
кончины жития и истощения сил моих за толь премилосердое монаршее
призрение верными своими непременными услугами подданически
награждать долженствуя, в чем да поможет мне Господь Бог проницающий
сердца>. (Архив иностранных дел 1708 г., январь. Подлинники.) 595
с проживающим там Василием Дрозденком, сыном брацлавского1
полковника Дрозда, который, некогда будучи соперником Доро-
шенка, был последним взят в плен и расстрелян. Этот Василий
Дрозденко говорил Мирону: <Прошлого года находился я в Польше
при короле Станиславе, именно тогда,. когда прислан был туда
бусурманский посланец. В это время явился к королю Станиславу
какой-то чернец с письмом от гетмана Мазепы. Письмо это было
читано при бусурманском посланце; говорили, что оно заключало
такое обещание, что козацкие войска, вместе с польскими и крым^
скими, будут воевать против царских войск>. Доносчика
отправили из Киева в Посольский приказ. Там говорил Мирон, что
Дрозденко велел ему довести это до сведения царя ради единой
православной веры и памятуя, что отец его был под державою
московского государя брацлавским полковником. В Москве не
поверили доносу, и государь послал гетману утешительную
грамоту1. Так к этому доносу отнеслось правительство, наученное по
опыту недоказанностью прежних многочисленных доносов на
Мазепу: между тем для нас теперь видно, что сообщение Дрозда
заключало в себе истину, относясь именно к посылке от Мазепы
к Станиславу болгарского или сербского экс-архиерея.
Доверяя во всем гетману, царь поручил ему разослать по
полкам своего регимента приказ ловить и пытать тех, которые бы
явились с <прелестными> письмами от шведского короля и
Станислава, так как открывалось, что шведский король приказал в
Гданске печатать русскими литерами воззвания и распространять
в~ Украине через русских перебежчиков.
После того как посланники турецкий и гетманский предлагали
шведской стороне надежду на содействие, Карл с большею отвагой
замыслил перенести войну к рубежу Московского государства.
Царь Петр находился в Гродне, в средине Великого княжества
Литовского. Шведский король сам лично с небольшим отрядом ударил
на двухтысячный отряд русских драгун, поставленный у моста на
реке Немане, и прогнал его. Русские ушли в противоположные
городские ворота из города. Шведы вошли в Гродно. Царь в следую-
* <…Верность твоя свидетельствуется тем, что ты, нимало ничего у себя
не задерживая, нам о всем доносил. И так мы, вел. государь, рассуждаем, что тот Василий Дрозд, наслышавшись о чернеце и составных его
письмах, будучи при дворе королевском в то время, когда к тебе гетману была
злохитрая подсылка по некоему злоумышленному ненавистных людей по-
душению, чтоб в Малой России замешание учинить, ведая и видя то, и
завиствуя тому, что мы, вел. государь, изволяем иметь тебя гетманом с
генеральною старшиною и с полковниками и со всем народом
малороссийским без всякого подозрения, и ты нашего цар. в-ства подданный
служишь нам верно и в Украине все с пожитком войску и народу
малороссийскому исправляется>. (Архив иностранных дел 1708 г., январь.
Подлинники.)
596
щую ночь попытался было их выгнать, но это ему не удалось.
Шведское войско овладело целым городом, а царь ограничился только
тем, что приказал опустошить огнем и мечом весь окрестный край, чтобы не допустить вошедших в Гродно шведов получать яз
окрестностей средства к своему существованию в чужой стране.
Король шведский с войском двинулся далее. 11 февраля
заложил он свою главную квартиру в Сморгонах, а 18 марта - в
Радосовицах. Царь с войском стал в Вильне; его генералы с
военными силами расположились в Полоцке, в Минске, в Могилеве.
Гетману указано было собрать полки и выступить за Киев, в
Правобережную Украину, с целью содействовать по мере
надобности полякам партии Сенявского, враждебной шведам, впустить в
Белую Церковь польский гарнизон и держать при Сенявском
малороссийского резидента. Февраля 6 Мазепа с половиною своего
войска был уже в Хвастове. Сенявский писал ему, что идти самому
далее незачем, а требовать присылки шести тысяч Козаков в
